07.02.2011 00:02   9338   

Марк Темкин, "Уралсиб Кэпитал": "Почти каждый год на рынке кто-то переплачивает за людей"

Марк Темкин не расстается с телефоном даже на вечеринках
Марк Темкин не расстается с телефоном даже на вечеринках

Марк Темкин, гендиректор "Уралсиб Кэпитал", в интервью finparty рассказал о том, как ему уже 12 лет работается в одной компании, о ее стратегии, корпоративной культуре, бонусах, и своих увлечениях - яхтинге, современном искусстве и конном спорте.

С Марком Темкиным мы встречаемся в его кабинете на четвертом этаже огромного здания "Уралсиба" на Ефремова. Здесь очень уютно: стены небольшого помещения украшают картины современных художников, много фотографий и книг. На столе Марка - терминал Bloomberg, где он наблюдает за котировками. Во время нашего разговора ему несколько раз звонят клиенты, прося то купить, то продать бумаги. "Звонят по старой памяти - с этими людьми мы работаем уже 10 лет, с тех пор, когда я был еще сейлзом, - объясняет Марк. - Обычно их менеджеры звонят на деск, но видимо сейчас их нет". Увлекшись беседой, он пропускает ланч с коллегами, многие из которых работают в "Уралсибе" не меньше времени, чем Марк. Но ему тут комфортно - "для того, чтобы я ушел из банка, должно произойти что-то экстраординарное", признается он.

Марк сам следит за котировками в Bloomberg...
Марк сам следит за котировками в Bloomberg...

- Марк, на рынке сейчас заканчивается период бонусов, готовы ли вы нанимать людей, которые не довольны выплатами в своих компаниях и теперь будут смотреть на сторону?

- Мы всегда готовы расширять штат, во-первых, если это соответствует нашей стратегии, во-вторых, если это – профессионалы или молодые таланты. Первых людей, которые ранее работали у конкурентов, мы наняли в 2009 году. В 2008 году мы были пессимистами и, как выяснилось, максимально были готовы к кризису. В 2009 году же мы были недостаточно оптимистичны по поводу восстановления рынка акций, но были чрезвычайно оптимистичны по поводу восстановления рынка облигаций. Мы сконцентрировались на развитии департамента fixed-income. Это подразделение тогда выросло вдвое, что, в принципе, было оправдано его результатами. В рамках этого направления был выделен и расширен департамент по анализу инструментов с фиксированной доходностью. Его возглавил Дмитрий Дудкин, чуть позже его команда пополнилась еще четырьмя сотрудниками. Тогда же мы начали привлекать внимание международных инвесторов к рынку, даже несмотря на кризис, и на то, что рубль и российские бонды были слишком недооценены. В итоге к 2010 году мы вернули себе лидерские позиции на рынке рублевых бондов.

- Какова ваша ниша на рынке?

- Мы не конкурируем с ВТБ и Сбербанком, так как считаем, что у  нас, как у корпорации и как у инвестбанка – другой целевой клиентский сегмент. Это, в первую очередь, качественный второй и третий эшелон, включая регионы. Понятно, что в этом сегменте есть пересечение с ВТБ, так как ВТБ не занимается только крупнейшими корпорациями, сфера их интересов гораздо шире. С моей точки зрения, сейчас специалистов, готовых глубоко и осознанно фокусироваться в этом сегменте (таких, как были до кризиса), практически не осталось на рынке. 

- А кто был до кризиса, по-вашему? 

- "Центринвест", старый "Атон" и "Антанта-Капитал", например. С каждым годом количество компаний в этом эшелоне формально росло, но они не росли качественно. Тем не менее, российский рынок существенно шире, чем только "голубые фишки". У наших крупнейших международных клиентов есть и интерес и аппетит к российским ценным бумагам, они все равно, сидя, по большей части, в Лондоне, не могут сфокусироваться на тех компаниях, до которых дотягиваемся мы, и которые можем анализировать. Мы ближе, у нас есть офисы по всей стране, мы эти компании хорошо знаем и понимаем их инвестиционно-банковскую привлекательность.  

-  А кто ваш клиент-инвестор?

- Это, по сути, фонды, которые больше специализируются на России, то есть менее глобальные игроки, которых интересует второй эшелон. По логике вещей, они должны звонить своим брокерам, но звонят нам, потому что трейдеры и сейлзы в глобальных домах не могут заниматься всем просто физически и объять необъятное. Проверено, что трейдер не может качественно торговать больше, чем n-количеством бумаг. Среди людей, которые занимаются "голубыми фишками", есть те, которые торгуют только одну бумагу, кто-то две, кто-то пять. Люди, торгующие "вторым эшелоном", не такие быстрые, но готовы охватить большее количество бумаг. В любом случае, трейдинг-дески не резиновые. Западные дома имеют в Москве ограниченное количество трейдеров, которые просто не могут покрыть весь рынок. К тому же, появляются новые компании, расторговываются акции, прежде лежавшие в портфелях у инвесторов, или же менеджеры компаний продают свои пакеты.

... иногда отвлекаясь на звонки клиентов
... иногда отвлекаясь на звонки клиентов

- Сколько эмитентов вы покрываете?

- Интересный вопрос. Вот, например, у одного трейдера в моменте 30 бумаг, а  вообще это сотни.

- Вы начинали на трейдинге?

- Я вырос до руководителя инвестбанка из domestic sales. Начинал в 1996 году в "Ринако-Плюс" с Александром Перцовским и Владимиром Скворцовым, потом когда в 1998 году "Ринако" был куплен "Никойлом", перешел в "Никойл", который впоследствии стал "Уралсибом". 

- В общем, 12 лет уже в "Уралсибе"..

- Одно дело делать sales, другое дело - менеджмент. Я уже много лет занимаюсь менеджментом. Но были моменты, когда я, уже будучи менеджером, очень активно влиял на политику департамента продаж и трейдинга. Официально в должность руководителя "Уралсиб Кэпитал" я вступил 1 января 2008 года. 

- Что удалось сделать, по-вашему, за это время? 

- Мы не такие шумные, как другие…  Знаете, как в анекдоте про отличие крысы от хомячка – у последнего пиар гораздо лучше. Мы себя, может быть, не слишком активно "пиарим", но за последнее время наш бизнес существенно расширился. Четыре года назад у нас были DCM, небольшой трейдинг на облигациях, сейлз и трейдинг на акциях, и ресеч. А за последние четыре года мы с нуля создали такие бизнес-подразделения как интернет-трейдинг и управление по работе с деривативами. Сейчас интернет-трейдинг дистрибутируется через все точки продаж финансовой корпорации, там уже почти 6000 клиентов. Фактически мы запустили этот продукт накануне кризиса, поэтому, я считаю, это хороший результат. Нам еще далеко до БКС и "Финама", но мы уверенно растем. По деривативам у нас замечательные результаты и  мы надеемся занять лидирующие позиции в этом сегменте в ближайшее время. Сейчас, кроме нас, из российских локальных инвестдомов только "Тройка" и "Ренессанс" активны на рынке производных инструментов.

Яхтинг - одно из последних увлечений Марка
Яхтинг - одно из последних увлечений Марка

- А кто занимается деривативами?

- Команда под руководством Владимира Соцкова, который прежде работал в Rabo bank и Deutsche Bank.

- Скоро, наверное, еще "Открытие" станет заметным игроком – туда пришел Георгий Мирел из "Тройки".

- Отлично - чем больше игроков, тем ликвиднее рынок. Одному дотянуться до всех клиентов невозможно, а если клиент знаком с продуктом, он будет смотреть, анализировать и выбирать среди тех, кто его предоставляет.

- Если посмотреть на некий рэнкинг брокеров, то вы, по вашему мнению, на каком месте?

- Когда наш коммерческий банк анализирует долю рынка, Сбербанк даже не считает, потому что это половина рынка. Возникает логичный вопрос – как считаем мы? "ВТБ Капитал" объективно инвестбанк №1, но нужно ли его считать с учетом возможностей Группы ВТБ, особенно тех, которые они имели в кризис? Я смысла в этом не вижу. Если считать по сегментам, то по fixed income, мы, по моей оценке, №4 – на одном уровне с "Тройкой", Если говорить о классическом брокеридже на акциях, то, конечно, сначала идет "Ренессанс" с "Тройкой", потом мы, потом "Открытие". В интернет-трейдинге другой рейтинг – БКС, "Финам", "Алор", и потом уже, наверное, "Открытие", которое когда-то было в этом сегменте №1. Но они сейчас развивают другие направления, и значительно продвинулись – то есть из интернет-брокера и M&A бутика компания превратилась в инвестбанк.

- То, что "Открытие" нанимало задорого людей, как-то повлияло на рынок труда?

- Повлияло и не лучшим образом. "Открытие" сильно переплачивало людям, и это консолидированное мнение большинства рыночных игроков. Почти каждый год на рынке находится кто-то, кто идет по пути наименьшего сопротивления, просто переплачивая за людей. В 2004 году это был Citi, который перекупил из "Тройки" Тимура Насардинова и Кирилла Громова, а у нас – Юрия Алдакимова. Потом "ВТБ Капитал" перекупил команду Deutsche, Deutsche продолжил. После кризиса пришел Goldman Sachs, который получил доходы на prop-трейдинге, и во второй половине 2009 года начал очень дорого покупать. Они пытались переманить людей, в том числе у Credit Suisse, который посчитал правильным удержать их и в итоге заплатил им сопоставимые деньги. В 2010 году эту практику использовало "Открытие". В общем и целом это плохо для индустрии, потому что зачастую эффективность усилий сильно отстает от компенсационных пакетов. 

- А есть такое, что люди, которых вы сейчас нанимаете, просят повысить офер из-за того, что в "Открытии", например, платят больше?

- Все не могут выйти в "Открытие" или в "ВТБ Капитал". Если кандидат говорит, что "Открытие" платит кому-то столько-то – ну и что? Вот если конкретно у этого человека есть офер от "Открытия", то мы смотрим и на человека, и на наши возможности. У нас есть определенный бюджет и понимание, что на рынке всегда найдется другой человек. Инвестбанковский бизнес - это всегда управляемый конфликт интересов,  и с точки зрения работы с персоналом есть две великие формулировки: "кадры решают все" и "незаменимых людей нет". В общем, два этих постулата борются, и ты каждый раз принимаешь индивидуальное решение. Кандидат продает себя новому работодателю на текущем рынке – вчера три банка искали человека, сегодня один банк ищет, и цена уже другая, завтра еще пять банков будут нанимать такого человека, и цена вырастет.

- Давно к вам приходили новые люди?

- В январе этого года пришел Марат Юнусов, он стал вице-президентом в международных продажах. С конца прошлого года Максим Шашенков курирует международные продажи. Ранее он работал в Газпромбанке. Евгений Шетяшин руководит трейдингом, ранее он работал в Inventum Group и возглавлял УК "Ренессанс Страхование". Франц Хеп пришел в управление работе с деривативами, до этого он трудился в Райффайзенбанке. На должность главного экономиста в управлении аналитических исследований был принят Алексей Девятов. 

- А сколько всего человек работает в "Уралсиб Кэпитал"?

- 240 человек.

- Сколько у вас заместителей?

- По бизнесу – пять. Борис Гинзбург руководит департаментом по операциям с долговыми инструментами, Олег Воротницкий возглавляет департамент по операциям с акциями, Олег Лухтон отвечает за направление корпоративных финансов, Игорь Веретельников – за интернет-трейдинг, Владимир Соцков – за деривативы. 

- Не собираетесь выходить на рынок организации первичных размещений?

- Сейчас на этом рынке пока что заработки минимальны, а расходы максимальны. Мы понимаем, что за этим рынком будущее, но с точки зрения экономической эффективности нам это пока не нужно. Всему – своё время. Мы не хотим идти на рынок, где неконкурентоспособны. Для того, чтобы мы захотели и смогли занимать существенную долю на рынке IPO, до первичных размещений должны созреть те компании, которые являются для нас целевым сегментом, да и рынок должен созреть. Чтобы покупать на IPO акции компаний второго эшелона, надо иметь больший аппетит к риску. 

- У вас прибыльный бизнес?

- Да, всегда, даже в 2008 году. Наша выручка довольно стабильна, и составляет около $200 млн в год, доля fixed income в прошлом году составила 70%, а доля бизнеса по акциям – 25%. План на этот год - за счет роста доходов с рынка акций изменить пропорции до 53% и 41% соответственно. Чистую прибыль назвать не могу, так как мы работаем в рамках финансовой корпорации, где используется матричная система управления. 

- А вы кому отчитываетесь?

- Курирующему первому вице-президенту ФК "Уралсиб" Александру Дементьеву.

- Вы уже объявляли бонусы?

- У нас бонусная политика всегда одинаковая – объявления, и выплата бонусов происходит в марте-апреле. Размер не могу раскрыть, но если анализировать стабильность нашей команды, можно сделать позитивные выводы. После кризиса от нас ушли несколько специалистов, мы их и не удерживали, так как нами были приняты определенные стратегические решения. Считаю хорошим показателем, что бывшие наши сотрудники, проработавшие с нами шесть-восемь лет, высоко котируются на рынке.. Сейчас они работают на ключевых позициях в известных финансовых домах: Morgan Stanley, Credit Suisse, Goldman Sachs. 

- Чем занимаетесь в свободное время, если оно есть?

- Я собираю искусство – русский авангард начала 20-го века, и современных художников, правда менее систематично. Вот, "Алиса", пожалуйста (показывает на стену). Это Светлана Румак. Есть Пушкин, Диадоров, Любаев.

- Это инвестиционная тема?

- Нет, для души. Вообще, у меня масса интересов и увлечений. Я учусь управлять парусной яхтой. Езжу на регату с компанией друзей, которые организовывают этот процесс. Есть две яхты, и мы на них постигаем мастерство яхтсменов.. На "Королевской регате" на Майорке я был back-stay-runner, управлял парусами. Своей яхты у меня нет, зато есть своя лошадь в Подмосковье, занимаюсь конным спортом, но не так часто, как хотелось бы. Обожаю горные лыжи и не упускаю возможности погонять по заснеженным склонам.

- Лошадь – это подарок?

- Нет, это не подарок. Мы тут недавно обсуждали, кто из нас и какие дорогие подарки получал. К счастью, я таких дорогих подарков не получаю. Я предпочитаю дарить.

- А какой максимально дорогой подарок вы получали?

- У меня есть узкий круг друзей, необычайно узкий, которые любят часы, и мы друг другу дарим часы. С моей точки зрения, хорошие часы - это дорогой подарок. Если очень дорогой, то он может быть коллективным, и тогда вклад каждого получается небольшим, такой своеобразный фонд собирается. Так приятно, что люди думают о тебе, выбирают подарок, и ты видишь, как они чувствуют твой вкус.

- Ваши друзья, в основном, с рынка?

- Я 15 лет на рынке, поэтому у меня очень много друзей с рынка. Но, слава богу, есть друзья и не с рынка. Я дружу с тренерским составом по верховой езде.  У меня есть друг, который занимается недвижимостью, есть друг, который вышел из авиационного бизнеса, есть издатель книг и фотограф Сергей Касьянов. Но друзей близких по духу и интересам должно быть мало, если их много – это уже не друзья, а просто приятели.

- Говорят, что в "Уралсибе" все топ-менеджеры должны разделять ценности основного акционера – йога, здоровый образ жизни… Вы участвуете в этом?

- В чём? В разделении принимаю участие? (смеётся) Конечно! Разделение корпоративной культуры – это не просто нормально, это – естественно и необходимо для работы в любой корпорации. Йогой я не занимаюсь, но в выездах топ-менеджеров участвую. Как говорил Марк Твен:"Слухи о моей смерти сильно преувеличены". Быть ориентированным на определенные духовные ценности и делать что-то из благородных побуждений – мне это не кажется чем-то отрицательным. И я, честно говоря, не знаю ни одного человека, который был бы уволен из "Уралсиба" за то, что не разделял этих ценностей. У нас есть определенная корпоративная культура, и то, о чем вы говорите – ни что иное как часть этой культуры. Не так много существует корпораций, где думают и заботятся о людях в  аспекте духовного развития, здорового образа жизни. В "Уралсибе" есть центр здоровья, где любой сотрудник может  получить консультации врача, заниматься фитнесом  и йогой, пройти сеансы акупунктуры и массажа. Еще меньше корпораций, где в качестве побуждающего к действию мотива выступает не прибыль, а благородные устремления. Это сейчас особенно актуально, так как на первый план в мире выходят идеи осознанного бизнеса.

- Эта культура близка вашим сотрудникам?

- Я знаю очень многих людей, которые мечтают о работе в "Ренессансе" и знаю многих бывших сотрудников "Ренессанса". Они говорили, что это сверхагрессивная корпоративная культура как по отношению к клиенту, так и по отношению к сотруднику, и она для них неприемлема. Я также знаю людей, которые обожают "Ренессанс" и считают, что не было у них лучшего места работы, и такая корпоративная культура им по душе. А есть люди, которые оценивают условия работы в "Ренессансе" и "Тройке" как санаторные, и предпочитают Goldman Sachs. Человек приходит в корпорацию, и ее культура либо ему подходит, либо нет. Наша корпоративная культура автоматически подразумевает осознанность и неагрессивность – она предлагает человеку попробовать и присмотреться. Если человеку это не подходит, он сам вправе сделать свой выбор.      

- У вас лично какие планы на развитие карьеры? Что должно произойти, чтобы вы перешли куда-то на новую работу?

- Если верить учебникам по HR, должно произойти что-то экстраординарное, чтобы я покинул "Уралсиб". Я - человек "Уралсиба", мои рост и становление прошли здесь. По большому счету, самым важным фактором для человека является самореализация, движение вперед – и я тут не исключение. Расти, развиваться вместе с компанией, продолжать делать свою жизнь все более динамичной и активной, наполненной смыслом – вот, пожалуй, мои дальнейшие планы. Сейчас трудно сказать, каким я буду через пять или десять лет, но то, что я круто поменяю свою жизнь в ближайшее время – крайне маловероятно.

Поиск по кредитам
Более 500 предложений по кредитам от 167 банков
Подобрать кредит
Мы на facebook
Топ 5 За год За месяц За неделю

2016 © Finparty
Использование материалов Finparty.ru разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
ООО «Информационное агентство Банки.ру».
Карта сайта
Карта тегов
Дизайн — «Липка и друзья», 2015