03.06.2014 09:00   9087   

Алексей Ищенко: «Наша индустрия начинает походить на аквариум»

Глава УК «Промсвязь» объяснил Finparty, почему его компания не стала прибыльной даже резко увеличив объем средств под управлением, чем affluent-клиенты лучше долларовых миллионеров и к чему ведет разделение индустрии управления активами на два лагеря.
Алексей Ищенко
Алексей Ищенко
Сколько уже УК «Промсвязь» присутствует на рынке в своем нынешнем виде? 

– Фактически еще два с половиной года назад, когда я только присоединился к команде, УК «Промсвязь» как рыночная полноценная компания, которая оперировала бы набором вполне стандартных инвестиционных инструментов и работала бы с разными категориями клиентов, не существовала несмотря на свой вполне почтенный по российским меркам возраст – 13 лет. Сейчас это фактически другая компания, хотя мы по-прежнему называемся УК «Промсвязь» и входим в группу Промсвязьбанка.

– Какая доля вашего бизнеса приходится на индивидуальное доверительное управление (ИДУ), а какая  на розничные ПИФы? 

– Это не противоречащие друг другу бизнес-линии, но в настоящее время паевые фонды по известным всем причинам не являются для многих участников рынка, в том числе для нас, базовым продуктом. В силу разных обстоятельств мы пока не смогли поставить процесс продажи ПИФов на платформу нашего розничного банка, хотя я убежден, что рано или поздно мы все равно к этому придем. За последний год мы сильно развили направление премиального класса розницы – обслуживание так называемых affluent-клиентов, да так, что оно того и гляди станет основным. Только в банке таких клиентов порядка 50 000, в России речь идет о сотнях тысяч. Основное преимущество встроенных в финансовые холдинги компаний заключается в том, что они имеют привилегию доступа к этой категории клиентов. Это большой сегмент, который для участников индустрии становится приоритетным  благодаря его маржинальности и масштабируемости. К тому же, эта категория более толерантна к риску и относительно недорога в обслуживании. Для сравнения: хайнеты (HNWI-клиенты, частные инвесторы с капиталом от $1 млн – Finparty) – люди более «битые», они гораздо требовательней к сервису, я уж не говорю о том, как они воюют за комиссионные. 

Правильно ли я понимаю, что сегодняшний рост обеспечивают вам новые клиенты? 

– Да, поскольку мы начинали практически с нуля, то и сегодня основной приток активов мы получаем от новых клиентов. Приятно констатировать факт, что с каждым годом мы собираем все больше и больше денег, при этом дело не только в увеличении количества сотрудников, но и в развитии региональных каналов продаж.

Мечта и цель любой компании – создать некий объем активов, который жил бы с компанией много лет, желательно вечно. Это то, к чему мы все стремимся. Когда я еще работал в «Ренессансе», средний «цикл жизни» клиента был 3-4 года. Он был короток в силу разных причин, которые втягивали и выталкивали клиентов в индустрию и из нее. Сейчас, сделав определенную работу над ошибками, в своих подходах мы стремимся демонстрировать больше консерватизма и здравого смысла. Надеюсь, это позволит нам сотрудничать с клиентом 10, 20 лет, а может быть и дольше. 

– Каков средний чек клиента ИДУ? 

– С начала этого года счет на открытые договоры пошел на седьмую сотню, мы каждый месяц заключаем 120 новых договоров, средний чек — $300 000 – 400 000. Это люди, которым мы готовы уделять много внимания, инвестировать в наши с ними отношения.

Вы предлагаете какие-то эксклюзивные продукты? 

– В этом смысле мы вряд ли сильно отличаемся от большинства, хотя, к примеру, еще полтора-два года назад начали активно продвигать глобальные международные фонды, продукты, ориентированные на дивидендную доходность на развитых рынках, арбитраж волатильности и т.д. При этом мы не забывали и о старом добром fixed income (вложениях в долговые финансовые инструменты – Finparty) и других понятных и привычных для наших клиентов продуктах.

– Сколько ваши клиенты ИДУ заработали в 2013-м году?

– На международных рынках акций 17-18% в долларах. Если говорить о России, то последний год был годом бондов и евробондов. Здесь у нас в 2012-м году была и 30-процентная доходность. В прошлом году она оказалась значительно скромнее – порядка 10-12%, а в этом году цифра вряд ли будет двузначной. 

А сама ваша компания прибыльная?

– Скажу честно, в прошлом году мы были в нуле. Объясняется это очень просто – компания проходила инвестиционную фазу: мы увеличили штат в два раза, открыли офис в Швейцарии, одним словом, инвестировали в развитие. В этом году мы ожидаем прибыль. Первый квартал неожиданно для меня был успешен: мы перевыполнили план по прибыли на 150%, собрали довольно много денег по affluent-сегменту и крупным частным клиентам. При этом тратим в этом году уже значительно меньше, т.к. компания миновала инвестиционную фазу развития.

– С начала этого года ощутили ли вы отток средств? 

– Я бы не говорил об оттоке. Скорее мы почувствовали, что многие клиенты напуганы, кто-то откладывает сделки. Легкой жизни у нас не было никогда, и в текущей ситуации она легче не стала, но драматизировать не стоит.

– То есть, на ваш взгляд, отрасль чувствует себя неважно? 

– Очень непростой вопрос. В нашей индустрии сейчас много неопределенности. В последние три-четыре года просматривается тренд на разделение индустрии на два лагеря – управляющих компаний, встроенных в финансовые холдинги, и остальных. Первая категория себя чувствует достаточно комфортно, для остальных же актуален вопрос о том, как заработать на «хлеб с водой». Компании, не встроенные в финансовые холдинги, не могут привлекать активы в тех объемах, которые позволяли бы им не просто выживать, но и развиваться. Эта ситуация убила уже не одну весьма уважаемую компанию. Наша индустрия постепенно начинает походить на очень маленький аквариум с четырьмя-пятью большими и десятком подрастающих рыб, в котором остальные рыбы плавают чуть ли не к верху пузом.

– Как, по-вашему, будут меняться продуктовые линейки управляющих компаний?

– Очевидно, что в ситуации неопределенности на финансовых рынках будут доминировать инструменты, связанные с консервативным подходом и дающие абсолютный доход на уровне выше депозита. В ближайшее время именно в этом контексте мы будем запускать продукты на международные инструменты fixed income. 

– Кого вы сейчас рассматриваете в качестве основного клиента? 
  
– В 95% случаев речь идет о частных инвесторах. Для того чтобы работать с зарубежными институциональными клиентами, нужен трехлетний трек-рекорд и определенный объем активов – ни того, ни другого у нас до недавнего времени не было. За российских институционалов мы не боролись никогда – этот рынок накрепко и давно поделен, низкомаржинален, на нем слишком высока цена ошибки в случае негативного сценария.

– Как строится ваш рабочий день?

– В плане рабочего графика я весьма организованный человек. Всегда на работе в 9.30, стараюсь уходить с нее вовремя, то есть не поздно, хотя всякое бывает. Весь день проходит довольно ординарно – встречи с коллегами, с клиентами, обсуждение различных вопросов, связанных с жизнедеятельностью компании, обязательный, но короткий обеденный перерыв. У нас плоская структура, широкое делегирование полномочий менеджменту, который прекрасно знает свою работу и несет ответственность за результат.  

– А хобби у вас есть?

– Каких-то необычных хобби нет – бабочек или трости я не собираю. С двадцати четырех лет играю в теннис, читаю книги. Еще я очень люблю путешествовать. 

– Какими правилами вы руководствуетесь в управлении компанией? 

– Никогда не говорить «я» или «я – это компания». У нас есть команда. Второе – у меня всегда открыта дверь и любой сотрудник в любое время может зайти ко мне в кабинет. И третье – мы все на «ты». У нас жесткое «нет» слухам, у нас нет виноватых – мы ищем оптимальные решения.
Поиск по кредитам
Более 500 предложений по кредитам от 167 банков
Подобрать кредит
Мы на facebook
Топ 5 За год За месяц За неделю

2016 © Finparty
Использование материалов Finparty.ru разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
ООО «Информационное агентство Банки.ру».
Карта сайта
Карта тегов
Дизайн — «Липка и друзья», 2015