03.07.2015 13:30   9359   

Денис Заболотнев: «Интерес инвесторов возвращается»

Встречу с Finparty управляющий директор, глава дирекции операций с акциями и корпоративных финансов инвестиционно-банковского бизнеса (BCS Global Markets) финансовой группы БКС Денис Заболотнев назначил на московской «Фабрике сквоша». Место было выбрано не случайно: Денис вот уже семь лет играет в сквош и считает, что между этой игрой и работой в брокерской компании есть определенное сходство. В интервью Finparty он рассказал, как ФГ БКС смогла с нуля выстроить сильный институциональный бизнес, попала в престижный рэнкинг аналитических команд Institutional Investor, а также поделился своим мнением о ситуации на рынке.
Не все в компании были уверены, что БКС удастся построить институциональный бизнес
Не все в компании были уверены, что БКС удастся построить институциональный бизнес
— Денис, как отразились глобальные и страновые кризисы на фондовом рынке России?

— Рынок серьезно изменился за последние пять-семь лет. Увеличилась в общем обороте рынка акций доля клиентов, которые используют алгоритмическую торговлю. Повысилась волатильность, уменьшилась ликвидность и горизонт инвестирования. Основные изменения произошли в 2008 году, когда случился кризис в американской банковской системе. Он повлек за собой сильную переоценку всех активов в мире и вызвал глобальный переток денег с рынка акций в денежные фонды, облигации и на депозиты. Фондовый рынок в России также пострадал. Российские компании столкнулись с трудностями рефинансирования, последовали маржин-коллы, кризис на рынке репо, и все закончилось тем, что для поддержки рынка привлекли госбанки, и в частности ВЭБ, который поддержал акции, купив портфель голубых фишек на $15 млрд. До 2008 года же был период 10-летнего роста, время бычьего рынка, когда росли практически все акции, капитализация российского рынка за этот период увеличилась в 50 раз. Существует такое выражение: «Прилив поднимает все лодки». Для брокеров это давало возможность зарабатывать деньги достаточно легко и строить бизнес, не особенно учитывая издержки. Поэтому кризис, особенно такой затяжной — ведь после сдутия долгового пузыря в штатах у нас были и европейский долговой кризис, и Кипр, и Украина, — стал проверкой для индустрии. Выяснилось, что деньги стало зарабатывать сложнее, но при этом структура издержек, структура бизнес-моделей осталась достаточно громоздкой, тяжелой с точки зрения затрат и управления. Нужно было, чтобы инвестиционные банки адаптировались к новой ситуации: упали и трейдинговые доходы, и доходы от всех видов клиентского бизнеса.

— На ваш взгляд, им это удалось?

— Этот процесс идет до сих пор. Есть такое понятие как V-shape, это когда график после резкого падения быстро возвращается обратно. Так вот: такой буквы мы не дождались, и состояние индустрии скорее напоминает L-shape. Мы вышли на плато: обороты российского рынка упали, новых длинных денег мы не видим уже давно, но с другой стороны и основные оттоки уже произошли. На рынке мало сделок, публичных размещений, «окна» открываются редко и ненадолго. И для инвестбанков, и для брокеров главным стал вопрос: как к этому приспособиться. Первая естественная реакция — сокращение издержек, персонала, прежде всего. Был период, когда дески существенно «оголились», прошли серьезные сокращения и в бэк-офисах и на фронт-десках. Некоторые компании попросту закрывались, другие переключались на новые направления.

— Как себя чувствует инвестбанковское направление бизнеса финансовой группы БКС при таком рынке?

— Для инвестиционного банка (BCS Global Markets) это стало хорошей возможностью учесть эти просчеты и построить бизнес-модель, которая бы соответствовала текущим реалиям и при этом предложила бы конкурентный продукт. У ФГ БКС давняя история, в этом году компания отметила свое 20-летие. Но до последнего времени это был ведущий в России, но классический ритейловый брокер. При этом у акционера было понимание, что на базе этой платформы можно успешно развивать еще и институциональный бизнес, выйти на иностранных клиентов. Было предпринято несколько попыток его создать, но по разным причинам они не удавались.
Денис Заболотнев верит в интерес американских инвесторов к России
Денис Заболотнев верит в интерес американских инвесторов к России
— Ваш приход в компанию совпал с переломным моментом в построении новой стратегии для институционального бизнеса? 

— Когда я пришел в БКС в конце 2011 года, то столкнулся с некоторым скепсисом и внутри компании, и со стороны клиентов, и даже со стороны потенциальных кандидатов в процессе формирования команды. Было некое предубеждение, что БКС — это ритейл-брокер и что на этой платформе качественный сервис для институциональных клиентов сделать не получится. С этим приходилось бороться и доказывать, что это возможно. Большую помощь в этом оказали Роман Лохов, который возглавил инвестиционный банк в 2012 году, и его команда, сумевшая быстро построить и предложить лучший на тот момент в России продукт DMA для крупнейших в мире международных клиентов, таких как алгоритмические дески, арбитражные дески, HFT, проп-дески крупных домов. В структуре группы появилась лондонская компания и сильный международный сейлз-деск. К компании присоединились Луис Саенц, Тим Беван и Марк Клири из «Открытия», а также Йосси Дайян из «Юникредита». Сейчас можно уверенно сказать, что все получилось. Особенно приятно, что мы этого добились на фоне тяжелого состояния рынка, в то время когда другие инвестбанки сворачивают активность, нам удалось создать растущий, успешный бизнес.

— Судя по тому, что финансовая группа БКС недавно была признана компанией года на конкурсе «Элита фондового рынка» НАУФОР, действительно, это удалось. А все-таки за счет чего?

— Во-первых, это кредит доверия от акционера, который дал возможность полноценно реализовывать выбранную стратегию. Если говорить более детально о моем направлении, то мне помог достаточно большой и разнообразный опыт работы на рынке акций. Я более 20 лет в этой сфере, поработал и в крупном частном русском банке «Уралсиб», и в глобальном западном доме Merrill Lynch, и в государственном банке «ВТБ Капитал». Думаю, что у меня получилось хорошо понять специфику и особенности работы разных бизнес-моделей. Хорошо знал и российских, и западных клиентов. А дальше как в любом бизнесе: если ты понимаешь, что действительно нужно клиентам, и можешь предложить хороший, качественный, а желательно лучший в индустрии продукт, то дальше все выстраивается вокруг этого. Это главная логика любого бизнеса.

— Что стало таким продуктом в вашем случае?

— Вначале мы сделали ставку на качество исполнения клиентских заявок и спозиционировали себя как Best Execution House на российском рынке. Наш трейдинг-деск гарантирует такие типы заявок, как vwap, moc, basket trading, spread trading. Не буду вдаваться в детали, но для институциональных клиентов это важная составная часть работы брокера. Мы используем в работе трейдеров и алгоритмы, одни из лучших на рынке, и ручной труд. В результате уже к концу первого года у нас появился постоянный ежедневный поток заявок от международных клиентов. На первом этапе в основном от sell side — глобальных банков и брокеров, которые не присутствуют на местном рынке и которым нужен локальный брокер для доступа на российский рынок. В дальнейшем — от хедж-фондов, которым также важно качество и быстрота исполнения заявок, и от традиционных buy side клиентов. Затем и от традиционных long-only фондов.
Вначале компания сделала ставку на качество исполнения клиентских заявок и позиционировала себя как Best Execution House на российском рынке
Вначале компания сделала ставку на качество исполнения клиентских заявок и позиционировала себя как Best Execution House на российском рынке
Одновременно мы значительно улучшили качество аналитического продукта. Мы с самого начала стремились создавать не академичные исследования компаний, а аналитику, ориентированную на торговые идеи. Кирилл Чуйко, пришедший к нам из UBS и возглавивший команду аналитиков, смог создать такой продукт, соединивший качественный фундаментальный анализ и трейдинговый подход. На мой взгляд, на таком рынке, как сейчас, мастерство аналитика заключается во многом — в том, чтобы понять, какие составляющие бизнеса компаний будут являться ключевыми для рынка акций в следующие три-шесть месяцев. Это могут быть темпы роста или структура издержек, чувствительность к валютному курсу или цены на продукцию. Умение выделить главный компонент и понять, что сейчас важнее всего для рынка, что движет ценами акций, — и есть ключ к успеху.

Не забываем мы и о corporate access — организации встреч инвесторов с менеджментом компаний. Мы не делаем больших ежегодных конференций. Но при этом каждые две-три недели у нас проходят встречи с компаниями. Это дает возможность организовать действительно интересные мероприятия по теме, которая наиболее актуальна в данный момент. На наш взгляд, такой формат не менее интересен, чем большие конференции. К примеру, в июле у нас будет встреча с компанией X5 Retail Group, спустя два дня после раскрытия операционных показателей. И наверняка у инвесторов будут вопросы к менеджменту после публикации результатов. В этом году мы делали встречи с «Ростелекомом», «Черкизово», Московской биржей, «Нордголд», «Русалом» и другими. 

— Привлекали ли вы кадры с рынка?

— Да, конечно. То, что в этот момент достаточно активно происходили сокращения на рынке, нам, безусловно, помогло. В хорошие времена взять правильных людей гораздо сложнее. Например, к нам пришла команда трейдеров из «Ренессанса», которая как раз принесла опыт работы с sell side. Команда сейлзов в Москве радует нас каждый год крупными сделками и дает повод открывать шампанское на деске. Это ребята c опытом работы в компаниях Deutsche Bank, Sberbank CIB, Unicredit, «Уралсиб», «Ренессанс». Возглавляет ее Михаил Шипицын, с которым мы вместе работали в Merrill Lynch.

— Как ваша команда аналитиков попала в рэнкинг Institutional Investor?

— Американский журнал Institutional Investor делает рэнкинг качества аналитики инвестиционных банков на основе опроса клиентов. В голосовании 2015 года наши аналитики заняли седьмое место в общем рэнкинге sell side аналитиков на российском рынке. Старший аналитик по металлургии и добыче Кирилл Чуйко и его команда стали первыми по России в данной отрасли. Для нас это стало важным независимым подтверждением и признанием со стороны инвесторов качества аналитики БКС. И не только аналитики, — по результатам опроса Extel за 2015 год сейлз-трейдинг БКС получил третье место в номинации Trading and Execution, уступив только Morgan Stanley и Bank of America Merrill Lynch. БКС участвует в опросах первый раз, и попадание на высокие места — это очень серьезный результат. Думаю, в следующем году мы сможем попасть в пятерку лучших команд аналитиков по версии II.

Сквош требует большой концентрации от игрока. Поэтому Заболотневу и нравится этот спорт
Сквош требует большой концентрации от игрока. Поэтому Заболотневу и нравится этот спорт

— Насколько активны иностранные клиенты сейчас? Есть ли «аппетит» на Россию?

— Пока возвращается только интерес инвесторов, но не их деньги. Если в прошлом году Россия в принципе ушла с радара глобальных инвесторов, то в этом году мы видим гораздо больший спрос на встречи, звонки с нашими аналитиками, и видно, что к российскому рынку приглядываются. Все-таки слишком негативный сценарий для российской экономики был заложен в цены акций на начало года. Он, к счастью, не реализовался, и при условии еще одного-двух спокойных кварталов не исключаю, что аллокации фондов на российский рынок вырастут. Все-таки с начала года индекс РТС вырос на 20% против 3% роста по индексу MSCI Emerging Markets, и долго игнорировать управляющие фондами это не смогут. 
 
— В чем основная трудность для инвестиционных компаний сегодня?

— Основная трудность и, пожалуй, не только для инвестбанков, но и для всей экономики сейчас — это найти точки роста. Для нас в этом году ими будут два направления. Первое — это деривативный бизнес, где мы видим снижение конкуренции и одновременно рост активности клиентов. Это создает для нас возможности, которые мы обязательно реализуем. Главой деривативного деска у нас стал Мэттью Рессенкур, присоединившийся к нашей команде из «ВТБ Капитала» в 2014 году. Второе — это корпоративные финансы. Здесь мы прекрасно отдаем себе отчет, что нам далеко до госбанков и крупных коммерческих банков с их ресурсами, и получить в клиенты крупные корпорации на классические банковские продукты сейчас сложно. Однако мы крупнейший российский брокер с долей рынка 25%, и у нас есть свои преимущества. Мы можем становиться корпоративным брокером, маркет-мейкером для компаний, осуществлять долговое финансирование через операции РЕПО, проводить размещения пакетов акций. БКС имеет офисы в 80 городах по всей России, поэтому малый и средний бизнес в регионах мы хорошо видим и знаем, и оттуда мы уже получаем мандаты на покупку и продажу бизнесов. Мы ожидаем, что в этом году сможем закрыть несколько сделок.

— А как обстоят дела с вашей лондонской компанией?

— Ее наличие (20 июня 2013 года британский регулятор FCA выдал лондонской компании BCS Prime Brokerage Limited лицензию на осуществление брокерских услуг — Finparty) очень сильно помогло в кипрский кризис. Раньше бизнес с международными клиентами мы концентрировали на нашем кипрском брокере. И когда лимиты на кипрские компании стали закрываться глобально, мы смогли перевести большую часть потоков на Лондон. С точки зрения инфраструктуры создание лондонской компании было очень правильным решением.  Мы сейчас думаем о том, чтобы усилить свое присутствие в США. В настоящее время большая часть наших международных клиентов — это фонды, базирующиеся в Лондоне и континентальной Европе. Выйти на американских инвесторов — задача, которую мы планируем решить в третьем-четвертом кварталах этого года.
В сквоше, как и на фондовом рынке, ошибка непростительна и сразу наказуема
В сквоше, как и на фондовом рынке, ошибка непростительна и сразу наказуема
— Как влияет деофшоризация на поведение российских инвесторов?

— Мы видим, что в отличие от больших компаний, которые уже приняли решение, как реструктурировать корпоративные структуры, малый и средний бизнес еще выжидает и оценивает последствия. Для российского рынка деофшоризация может иметь и положительный эффект. Потому что ее результатом является легализация и возвращение капитала в Россию. Есть надежда на то, что этот капитал будет работать на российскую экономику. Будут создаваться новые компании, новые бизнесы. И если за рубежом это все делать тяжелее, в том числе из-за санкций, то, возможно, это будет реализовано здесь. Поэтому фондовый рынок может от этого выиграть.

— Денис, вас всегда привлекал фондовый рынок?

— Я почти сразу после окончания университета, а учился я на экономическом факультете в Волгоградском госуниверситете, попал в эту среду, устроившись на работу в НПФ «Империя» управляющим активами. Фондовый рынок, безусловно, привлекал возможностью зарабатывать быстро и много. На тот момент российские компании реального сектора еще не доросли до такого уровня, чтобы предлагать большие компенсационные пакеты менеджерам, еще не было опционных схем. При этом банковский и финансовый сектор развивался очень активно, уже пришли глобальные банки в Россию, быстро развивались локальные брокеры. В 1997 году я, пройдя большой конкурс, попал в компанию «Ренессанс Капитал» и переехал в Москву, это была, конечно, высшая лига и отличная школа. Но высокие заработки имели и обратную сторону: при плохой конъюнктуре рынка потерять работу было очень просто. В 1998 году после долгового кризиса «Ренессанс» провел сильные сокращения, я ушел в нефтяную компанию «Славнефть», в финансовый департамент. Это была как раз возможность сравнить фондовый рынок и традиционные компании. И для меня быстро стало очевидно, что «коридорная система», бюрократия, постоянные согласования и, скажем так, специфическая система мотивации менеджмента мне подходят не очень. Я все-таки привык к open space, к шуму трейдинг-деска, торговле с клиентами. Поэтому когда «НИКойл» (прежнее название ФК «Уралсиб» — Finparty) предложил вернуться обратно на фондовый рынок, я недолго раздумывал.

— Как вы начали играть в сквош?

— Мой бывший коллега посоветовал попробовать, и сквош меня очень сильно увлек. Вячеслав Перфильев — на мой взгляд, лучший тренер в Москве — помог быстро достичь хорошего уровня игры, который, конечно, хочется постоянно повышать. Сейчас спорт активно развивается, появляется много новых сквош-клубов, и есть хорошие шансы, что его добавят в Олимпийские виды спорта. На корте часто встречаешь коллег по цеху и клиентов, поэтому есть идея организовать турнир для финансистов. Сквош очень требователен к игроку. Нужна максимальная концентрация, максимальный фокус на мяче и партнере. Любая ошибка непростительна, сразу видна и наказуема. Как и на фондовом рынке.
 
 
В сквош Заболотнев играет уже семь лет
 
 
1/2
В сквош Заболотнев играет уже семь лет

Фото: Надежда Дьякова

Поиск по кредитам
Более 500 предложений по кредитам от 167 банков
Подобрать кредит
Мы на facebook

2017 © Finparty
Использование материалов Finparty.ru разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
ООО «Информационное агентство Банки.ру».
Карта сайта
Карта тегов
Дизайн — «Липка и друзья», 2015