27.02.2014 11:40   28659   

Яков Гальперин: «Мои пластинки – это музыка для одного»

Руководитель мультисемейного офиса УК «Альфа-капитал» и меломан со стажем Яков Гальперин рассказал Finparty, как он собирает музыкальные артефакты 1960-70-х и почему не спешит заводить друзей среди других охотников за винилом.
Первый багаж грампластинок будущий коллекционер смог собрать еще в семидесятые: это были записи Yes, Genesis, Queen, а также другие «голубые фишки» мира музыки
Первый багаж грампластинок будущий коллекционер смог собрать еще в семидесятые: это были записи Yes, Genesis, Queen, а также другие «голубые фишки» мира музыки
Все началось, когда мне было 16 лет. Через друзей-знакомых ко мне впервые попали грампластинки западных рок-музыкантов. В семидесятых они ценились на вес золота: народ в массе своей слушал такую музыку на бобинных магнитофонах, что, конечно, нельзя сравнивать по качеству с глубоким аналоговым звуком проигрывателя. Свою первую пластинку – альбом Queen «A Night at the Opera» 1975-го года – я купил у товарища рублей за 30. Поставил ее в проигрыватель, включил – и все. Разница в звуке между тем, что я слышал на пленке, и тем, что играло у меня теперь, была поразительной.  

Однако по-настоящему коллекционировать грампластинки я начал попозже, когда у меня стали появляться деньги. Ведь хорошая «родная» пластинка стоила 70-80 рублей. Если очень повезет, то можно было купить и за 25, но качество такой записи, прямо скажем, оставляло желать лучшего. Для справки: средняя зарплата в СССР тогда была 130-180 рублей в месяц. В общем, удовольствие это было дорогое, да и опасное: можно было получить вполне реальный срок за участие в незаконных торговых операциях. 

Тем не менее, за следующую пару лет путем сложного обмена я приобрел целый багаж грампластинок. Среди них были настоящие «голубые фишки» мира музыки: Yes, Genesis, Queen, Deep Purple, Pink Floyd и т.д. Из них Yes, Genesis и Emerson, Lake & Palmer стали моим неприкосновенным золотым запасом: если другими пластинками я мог меняться, то эти берег для себя. Покупал, конечно, с рук. Тогда в Москве было несколько активных «точек» – например, около магазина «Мелодия» на Новом Арбате и около ГУМа. Родители такое сомнительное увлечение не одобряли, тем более что на него уходили все заработанные мной, первокурсником, деньги. При этом сам я никогда не спекулировал.  
Интерес к старому хобби вернулся к Гальперину спустя почти двадцать лет
Интерес к старому хобби вернулся к Гальперину спустя почти двадцать лет
Мой музыкальный вкус формировался постепенно. Сначала я слушал то, что слушали все. Понял, что некоторые альбомы даже таких раскрученных групп, как Pink Floyd и Deep Purple, нравятся мне больше, чем остальные. Особенно те, где лидировали клавишные, как в первых записях Deep Purple. Так опытным путем я нашел свою музыку – то, что  можно назвать «thinking man’s music», то есть «умная музыка».

Потом получилось, что о своем увлечении немного забыл. Началась совсем взрослая жизнь, менялась страна, я ушел в бизнес, появилась семья, и то, что было таким важным в юности, почти на двадцать лет отошло на второй план.

Возвращение к старому хобби произошло совершенно случайно. Несколько лет назад знакомый рассказал про свою коллекцию виниловых пластинок. Он с азартом описывал поиски и радости открытий, а я смутно чувствовал в его словах что-то интуитивно мне близкое. Чужие эмоции наложились на собственные воспоминания, я приехал домой, включил старые записи – и понял, что музыка на пластинках завораживает меня так же, как и в студенческие годы. Почти сразу я заказал себе пластинку «Going for the One» группы Yes, примерно за 15 евро. И с тех пор не расстаюсь со своим увлечением. 
В коллекцию входят только пластинки тех периодов, когда были записаны сами альбомы
В коллекцию входят только пластинки тех периодов, когда были записаны сами альбомы
Моя «точка отсчета» – это психоделический прогрессив-рок 1967-75-го годов. Когда я только, что называется, окунулся в тему, то выяснил, что на самом деле есть огромный пласт совершенно неизвестных групп, которые работали в этих жанрах. Многих музыкантов того времени в Советском Союзе мы просто не знали. Поэтому приходится открывать для себя таланты самостоятельно: искать информацию в интернете, изучать справочники. В общем, это постоянное самообразование. Меня интересуют редкие экземпляры грампластинок. Собственно, на них я и строю свою коллекцию. Да, есть в ней записи «великих стариков», вечная классика типа Beatles, Deep Purple, Led Zepellen. Но сейчас меня тянет исключительно на «свежую кровь» определенных годов и жанров. 

Самое сложное, конечно, – найти группу. Ты ищешь, сам иногда не понимая, что именно, а потом вдруг осознаешь, что перед тобой настоящее сокровище. Объяснить это невозможно. Просто ты или влюбляешься в эту пластинку, или нет. Да, пожалуй, именно «влюбляешься» – лучшее определение, насколько необъяснимо это происходит. 

В двух интересующих меня жанрах можно отыскать много малоизвестных имен, которые при этом играли отличную музыку. Ну не всем повезло иметь в то время пробивных продюсеров: некоторые очень талантливые ребята выпускали пару альбомов тиражом экземпляров 500 – и все, их уже не было. А я люблю музыку, которая была создана благодаря таланту и энтузиазму самих музыкантов, а не коммерческими усилиями их менеджеров и директоров. Поэтому на поиски мне не жалко ни времени, ни сил. Это похоже на азарт охотника, когда непонятно, какую добычу в итоге ты поймаешь. Своеобразный вид гурманства: бесконечно пробовать, чтобы открывать новые неповторимые вкусы. При этом я не собираю «новодел», то есть винил, на который перенесли записи с цифровых носителей. Мне важно, чтобы пластинка была именно того периода, когда создавался альбом. 
"Я не ищу соратников по интересам, я ищу винил", - говорит Яков Гальперин
За три года в моей коллекции скопилось около 2 000 пластинок. Если честно, я не знаю точное количество, да это и не важно. В первый год купил больше всего, поскольку поначалу неизвестные группы встречались мне очень часто. Сейчас неизведанной территории остается все меньше. При этом у меня нет любимой группы. Мне нравятся конкретные альбомы, и неважно, насколько великая или невеликая группа их записала. Не могу выделить и какую-то одну любимую пластинку в коллекции. Скорее, есть те, которыми я могу похвастаться, потому что о них у нас вообще никто не знает. Например, это альбом 1966-го года великого клавишника Джона Лорда, записанный вместе с малоизвестной в России группой The Artwoods. Мало кому это что-то скажет, но знатоки поймут. 

Коллекцию я собираю исключительно для личного пользования. Не ищу соратников по интересам или новых друзей – я ищу винил. Бывая в разных странах, обязательно хожу на букинистические развалы, где продаются пластинки, или на блошиные рынки. 

Сначала у меня стали появляться записи, лишь потом я задумался о проигрывателе. Купил один аппарат, так, на пробу, подключил к нему цифровой усилитель, и, конечно, получилось совершенно не то. Позднее методом проб и ошибок я, наконец, пришел к ламповым усилителям. Фактически три таких аппарата были перебраны «специально обученными людьми», которые их перепаивали, переделывали. Но результат того стоит. 

В виниле есть своя «правда жизни». Вот стоит у меня в рабочем кабинете проигрыватель Bang & Olufsen Beocenter 3500 1971-го года выпуска. Очень старый, но звучит совершенно – даже скрип, этот «песочек». Всю глубину звука никакой CD-проигрыватель не передаст. К тому же, этот аппарат как машина времени, он возвращает тебя в те годы, на которые пришлась юность. Когда ты, будучи уже состоявшимся в жизни человеком, встречаешься со своей первой юношеской любовью, то чувства во сто крат сильнее. 
В момент перестройки, в 1990-е и нулевые мы забыли о великой эре винила. Но сейчас он переживает настоящий ренессанс. Винил – это кусочек ушедшей эпохи, удивительная платформа не только для переноса звука, но и самой атмосферы. Я иногда покупаю пластинки, которым уже почти сорок лет, а они приходят запечатанные. То есть их купили много лет назад в коллекцию, но так ни разу и не открыли. Когда ты вскрываешь этот конверт, можешь почувствовать запах того времени. Это непередаваемое ощущение. 

Мой трек-лист постоянно меняется и зависит от настроения. Я могу слушать одну пластинку неделями, а потом забыть о ней чуть ли не на год. А иногда наткнешься на какой-то экземпляр, ставишь его – и вдруг понимаешь, что тебя цепляет песня, на которую ты никогда не обращал внимания. Музыка для меня – это возможность закрыть дверь во внешний мир, окунуться в мир звуков, которые будят чувства, инстинкты и ощущения. Музыка со мной на работе и дома. В загородном доме у меня оборудован специальный «музыкальный кабинет», куда можно зайти, закрыв дверь, включить мелодию на полную громкость и провалиться в звуковое пространство. Я совершенно отключаюсь в этот момент от всего, мне не нужна никакая компания. Мои пластинки – это музыка для одного.

Текст: УК "Альфа-капитал" для finparty

Фото: УК "Альфа-капитал"

Мы на facebook

2017 © Finparty
Использование материалов Finparty.ru разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
ООО «Информационное агентство Банки.ру».
Карта сайта
Карта тегов
Дизайн — «Липка и друзья», 2015