17.01.2011 00:25       1

Павел Теплухин: "Я снова вспомнил, как управлять деньгами"

Павел Теплухин
Павел Теплухин

Павел Теплухин, экс-руководитель УК "Тройка Диалог" в интервью finparty рассказал, чем он занимался весь год, прошедший со дня его ухода из компании - о встречах с "жирными котами", достижениях в управлении собственными деньгами, новых проектах и предложениях о работе, и путешествиях. 

С Теплухиным мы встречаемся в  любимой всеми сотрудниками "Тройки" "Кофемании" на Большой Никитской. Покинув компанию, мой собеседник не изменил привычки - в углу ресторана почти всегда зарезервирован столик на его имя. Заканчивая предыдущую встречу, Теплухин рассказывает, что это уже третья на сегодня в "Кофемании", которая теперь превратилась для него в полуофис - график у экс-топ-менеджера "Тройки" не менее насыщен, чем прежде.  

- Павел Михайлович, вы ушли из "Тройки Диалог" год назад, в январе, расскажите, чем вы занимались все это время?

- На самом деле на решение многочисленных юридических вопросов, связанных с моим уходом, ушел весь первый квартал. Я входил в органы управления разных компаний группы "Тройка Диалог", и сам процесс смены этих органов управления - это некая юридическая процедура, которую лучше проводить спокойно, в нормальном штатном режиме для того, чтобы все было корректно. Также это время ушло на передачу ключевых клиентов, которых я, как топ-менеджер "Тройки Диалог", вел в течение многих лет. Их нужно было распределить между другими топ-менеджерами и организовать их плавную передачу. 

- Кому вы их передали?

- Значительную часть клиентов я передал Жаку Дер Мегредичяну, который курирует все бизнесы "Тройки". Большая часть была передана Игорю Сагиряну, президенту "Тройки", который является очень опытным человеком именно в общении с крупными клиентами. Часть клиентов была передана другим менеджерам. С каждым из клиентов я проводил личные встречи, отвечал на те или иные вопросы. Речь идет о примерно 200-250 человеках.

- На самом деле со всеми встречались?

- Почти со всеми, это реально большое и очень серьезное дело. В общем, на это ушел первый квартал, и в конце марта-начале апреля я уже и де-юре и де-факто прекратил свою работу в "Тройке".

- Какая дата увольнения стоит в трудовой книжке?

- Хороший вопрос, я даже не смотрел…задумался даже, где она, может по-прежнему в "Тройке" лежит. В связи с тем, что я ее не видел лет шестнадцать или даже больше, не очень представляю, что там может быть записано. Но это не важно. 

- Что вы делали дальше?

- Потом я, как любой нормальный человек, захотел отдохнуть, провести время с семьей, этому было посвящено следующие три-четыре месяца. По сути, у меня был отпуск, но немного длиннее, чем обычно. Обычно, когда ты работаешь в инвестиционном банке, у тебя очень короткий отпуск – не больше недели за один раз, и не больше трех-четырех раз в году. Этого едва хватает, чтобы физически восстановиться. А тогда я почувствовал накопившуюся за многие годы усталость и решил, что нужно отдохнуть немного больше. Путешествовал с семьей, в основном по Европе, и это было очень увлекательно – проехались по своим любимым местам. У меня как раз младший сын начал ходить на майские праздники, все было очень эмоционально и позитивно.

После этого я начал встречаться с целым рядом людей и организаций, которые хотели со мной пообщаться и обсудить разнообразные формы сотрудничества и планы на будущее. Я встречался с большинством крупных глобальных финансовых институтов, не меньше десятка точно, как правило, в их штаб-квартирах в Лондоне и Цюрихе. Я разговаривал именно с топ-менеджерами, которые управляют десятками тысяч людей и триллионами долларов, с теми, кого некоторые политики на Западе называют "жирными котами". С ними я обсуждал те стратегии, которые для себя выработали эти финансовые институты, и рассказывал, какие мне интересны направления дальнейшей работы.

- А что вам интересно?

- Мне интересно работать в холдинговой структуре, которая имеет международное присутствие и сферу деятельности. Не обязательно, в финансах, хотя в финансах я, наверное, разбираюсь больше всего. Эти диалоги были очень познавательны. С одной стороны, я понял, что это люди, которые очень много работают – трудоголики в хорошем смысле этого слова. Они решают очень сложные геополитические задачи, причем это касается не только внутрикорпоративного устройства, что само по себе нетривиальная задача, когда ты работаешь сразу в десятке стран, подчиняешься разным регуляторам и законодательным режимам, занимаешься борьбой с мошенничеством, развиваешь бренд, мотивируешь людей. Для меня все это было интересно, потому что, находясь в России, мы этого не замечаем -  живем в моносреде, и делаем монобизнес, и с глобальными задачами не сталкиваемся. А мне интересно теперь решать сложные задачи по управлению крупными корпорациями. На это ушла вторая половина июня, июль и отчасти сентябрь.

Помимо этого я очень много путешествовал с точки зрения общего развития. Провел много времени в Китае, встречался там с большим количеством людей – с инвестбанкирами, консультантами и с учеными-экономистами. Мне было интересно понять, какие на самом деле происходят изменения в этой стране. Да и само пребывание в Китае подталкивает к размышлениям. Я бываю там раз в два года, и последние тринадцать лет наблюдаю, как страна меняется радикальным образом. К сожалению, мне не удалось проделать все это в Бразилии – я хотел съездить и туда, чтобы лучше понять, как устроена их экономика.

Этот опыт, который сочетал в себе отдых, общение с семьей, и встречи с глобальными игроками, для меня был очень положительным, и сильно изменил мое представление об окружающем мире и о тех возможностях, которые существуют. Я для себя, например, по-новому открыл Цюрих, который всегда казался мне спящим маленьким городком, а на самом деле он очень динамичный и энергичный, очень международный, это, по сути, новая финансовая столица Европы, куда перетекают целые группы инвесторов, конечно, в основном из-за налогов.

- Конкретные предложения о работе вам делали?

- Да, у меня было несколько явно несерьезных предложения, два очень серьезных и весомых, но я их отклонил, несмотря на то, что финансовые условия там были действительно привлекательные, но с точки зрения наполнения работы мне это было не очень интересно. По сути меня просили построить еще одну "Тройку", но я считаю, что нет смысла второй раз делать то же самое. Хочется сделать что-то новое, другое.

- Есть ли какая-то цифра компенсации, например $50 млн, из-за которой вы бы стали заниматься тем, чем вам не интересно.

- Нет, если даже и $100 млн предложат.

- То есть вы пока еще в поиске?

- Да, я пока еще не определился. 

- Некоторые СМИ писали, что вы решили заняться отельным бизнесом, и приобрели гостиницу в Италии?

- Это полная ерунда, отельный бизнес мне не интересен, я им не занимаюсь и не собираюсь заниматься. Мне все более и более становятся интересны другие проекты. Я стал погружаться в проблематику по солнечной энергетике, внимательно смотрел, как это происходит в Италии, которая дальше других в Европе продвинулась в области законодательного обеспечения этого процесса. Общался там с инвестбанкирами, которые финансируют этот процесс, с подрядчиками, которые строят солнечные электростанции, с властями, которые выделяют земельные участки. В Швейцарии я встречался с инженерными компаниями, которые наиболее продвинуты в технологических вопросах солнечной энергетики. В России общался с большим количеством компаний, которые вовлечены в те или иные звенья работы по подготовке к созданию солнечных электростанций. И не исключаю, что, возможно, в одном из таких проектов я сам лично буду участвовать. И войду, например, в совет директоров, где займусь решением стратегических задач по построению компании в этой области. 

- То есть пока деньги не вкладывали?

- Нет, как и для другого любого человека, особенно для финансиста, для меня эта тема пока не очевидна. Она даже для профессиональных энергетиков не очевидна. Поэтому прежде чем бросаться  в омут с головой, надо выяснить, о чем это. Вторая тема, которая стала меня тоже интересовать - это все, что связано с интернетом. Общаюсь с целым рядом команд, которые развивают разнообразные проекты в этой области. Меня очень прельщает, что люди, которые варятся в этом мире, это следующее поколение, более молодое, они очень заинтересованы, имеют положительную энергетику, у них горят глаза, и они готовы бежать работать, в общем, чем-то это все напоминает «Тройку». И для меня это очень эмоционально близкое состояние, хотя, конечно, там много нюансов неочевидных, которые тоже нужно проанализировать и изучить.

- А какие проекты конкретно?

- Точно не могу говорить, скажу лишь, что они связаны с дальнейшим развитием социальных сетей, и их коммерциализацией. Как известно, нет ничего более ценного, чем простое человеческое общение, и я считаю, что будущее за социальными сетями, которые в новом формате обеспечат это общение. На эту интересную мне тему я трачу очень много времени. 

- Чем еще вы занимаетесь?

- Помимо этого всего я занимаюсь тем, чем занимался на заре своей работы в "Тройке" - управлением деньгами, правда, только собственными. Читаю аналитику, совершаю сделки, не часто, но очень результативно. Оказалось, что я не забыл, как это делается. В этом году, начиная с 1 апреля, у меня доходность получилась 47%, то есть в годовом исчислении довольно большая цифра. 

- А что покупали?

- В основном, "телекомы". Реорганизация "Связьинвеста" - это та тема, которая для меня была интересна. И еще электроэнергетика. Пришлось много читать, оценивать аналитиков по их вкладу и квалификации.

- И как вам "тройкинские" аналитики?

- Сравнивать не буду, у каждого есть плюсы и минусы, каждый имеет право на свою точку зрения, но она должна быть обоснованной.

- Бывшие клиенты не просят снова их деньгами поуправлять?

- Да, довольно часто ко мне обращаются бывшие клиенты, но я пока не готов этим заниматься. Я считаю, что если я буду управлять чужими деньгами, это превратиться в некий бизнес, а я не уверен, что хочу этим заниматься.

- Надоело?

- Нет, не в этом дело, просто хочется другого. 

- Много ли было людей, отношение которых к вам изменилось, после того, как вы ушли из "Тройки"?

- Может, я с ними не общался… я не заметил, честно говоря. Но, наверное, такие люди были.

- В "Тройку" заходите по старой памяти?

- Заходить не захожу, но с экс-коллегами часто встречаюсь.

- Вы входите в советы директоров нескольких компаний, это много времени занимает?

- Да, это большой блок работы, причем довольно интересный. Я вхожу в наблюдательный совет ВТБ, совет директоров "Аэрофлота", и возглавляю комитет по инвестиционной политике "Роснано". В каждой из этих организаций по-своему интересно. В «Роснано» приходится прочитывать по 200-250 страниц материалов к каждому заседанию, потому что там все проекты объемные, много технологий, которые надо понять, и это совсем не проходное занятие. За те сделки, которые мы сделали за 2,5 года, не стыдно, сформирован неплохой портфель – многие компании успешно работают. Во-многом, конечно, благодаря Чубайсу, его пробивной силе и фантастической работоспособности. "Аэрофлот" - это другая тема, совет и комитеты, в которых я участвую, это абсолютно неформальные органы, которые глубоко и содержательно погружаются в свою проблематику. И команда Савельева очень боевая, "Аэрофлот" - одна из немногих мировых авиакомпаний, которая закончила с прибылью прошлый год, и показывает очень хорошие результаты.

- А ВТБ?

- Это совсем другая история. Это крупный финансовый институт, у него очень много дочерних компаний. Я вхожу в совет ОАО ВТБ, но большое количество сделок и операций к ОАО не имеют отношения, а совершаются в компаниях группы. Большинство вопросов, которые выносятся на совет – вопросы, связанные с конфликтом интересов. ВТБ кредитует много крупных предприятий, как правило, часть их принадлежит Росимуществу. И когда у тебя собственник и банка, и заемщика один и тот же – государство, возникает вопрос снятия конфликта интересов, чем и занимается совет. Это довольно рутинная работа, но бывают и красивые сделки, например, уже объявленная - по приобретению ТКБ. Важная, крупная сделка национального масштаба, которая моментально добавляет новое измерение в бизнес ВТБ – появляется крупный корпоративный клиент, много физических лиц-клиентов, сеть отделений по всей стране.

- А покупка Банка Москвы?

- На совет эта сделка пока не выносилась.

- Вы теперь со стороны можете оценить, как выглядит рынок управления активами? Чего не хватает, что нужно изменить?

- Процессы, которые шли в последнее время – смена стратегий развития управляющих компаний, смена руководства – привела к изменению всей структуры этого рынка. Отцов-основателей индустрии практически не осталось. Сергей Михайлов, Андрей Успенский, Михаил Хабаров, Наталья Плугарь, Елена Логинова – все они стояли у истоков, и знают эту индустрию изнутри, а сейчас по разным причинам больше времени уделяют другим проектам. И это очень заметно в силу того, что произошло почти одномоментно – в течение одного-двух лет. Отрасль потеряла во многом свой интеллектуальный лоббистский ресурс, в хорошем смысле. Многие проблемы, которые обнажились в кризис, так и не нашли решения. Профессиональные независимые управляющие компании оттирают от бизнеса по управлению пенсионными фондами, индустрия не смогла убедить Минфин в важности такого института, как ЗПИФ недвижимости, страховые фонды профессиональных СРО качнулись в сторону банковских депозитов и т.д. А казалось нет ничего проще, чем убедить Минфин, что ЗПИФ – это путь к созданию белого прозрачного рынка недвижимости, который порождает гораздо больше прозрачной экономической активности, а значит больше налогов, и не надо его гнобить запретительной ставкой налога на недвижимость. Но не убедили, а может и сами не поняли.

- А когда вы планируете определиться с новым местом работы?

- Дед-лайнов нет, определюсь, как только получу предложение, от которого не смогу отказаться, и где смогу применить все свои управленческие навыки.

Мы на facebook
Читайте нас в Яндекс Дзен

2018 © Finparty
Использование материалов Finparty.ru разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
ООО «Информационное агентство Банки.ру».
Карта сайта
Карта тегов
Дизайн — «Липка и друзья», 2015