21.03.2011 09:20   6131    4

Кен Чаргеишвили, БКС: "Мы строим инвестбанк по западным стандартам"

Кен Чаргеишвили
Кен Чаргеишвили

Кен Чаргеишвили окончил школу в Тбилиси, учился в американском университете и 10 лет работал на Wall Street. Теперь он создает инвестиционный банк в БКС, собираясь стать одним из крупнейших на российском рынке.

- Кен, расскажите, как вы попали в БКС?

- Я начал работать в БКС c сентября прошлого года по приглашению президента компании Олега Михасенко. Мы начали строить организационную инфраструктуру для инвестиционного банка.

- А как Михасенко вас нашел?

- Я работаю в этом бизнесе в течение всей моей карьеры, и у меня были точки соприкосновения с российским рынком. Я часто приезжал в Москву. И на одной из бизнес-встреч я познакомился с Олегом Михасенко. Начались переговоры, общались с Михасенко и с другими менеджерами БКС, я приезжал, делал презентации. После офера я еще долго думал, и так мы подошли к сентябрю. Всего переговоры длились с начала года до сентября.

- Почему вы решили приехать в Москву?

- Мне было интересно, мне нравится Москва как город, и нравится российский рынок – на нем можно работать, я вижу его потенциал. Макрокартина сейчас для России благоприятна, все ключевые показатели, на которые я ставил, превзошли ожидания – цены на нефть, курс рубля, процентные ставки. Надо пользоваться моментом, и сделать так, чтобы глобальные фонды воспринимали страну как интересный объект для инвестиций. 

- Почему вы раньше не приехали?

- Это сочетание факторов. Последние несколько лет я занимался структурными бондами, это те продукты, которые частично вызвали финансовый кризис, но задумывался о более глобальном бизнесе, связанном с Россией. В течение карьеры я работал как с акциями, так и с облигациями. В БКС я хочу собрать все это вместе и создать эффективную структуру, приносящую результаты для акционера.

- Где вы учились?

- В трех американских университетах. Школу я закончил в Тбилиси, а потом уехал учиться в Индианский университет. 

- Родители отправили?

- Нет, все, к сожалению, пришлось делать самому (улыбается). Родители физики, и не могли меня фондировать. Я начал работать в 1998 году, из этих 12 лет два года я учился фул-тайм. 

- А что вы строите в БКС?

- Инвестиционный банк. Если в двух словах – мы будем помогать институциональным клиентам лучше планировать свои финансовые ресурсы, и предлагать им продукты, удовлетворяющие их потребности с точки зрения управления активами и пассивами. Я чувствую, что существует реальный gap между существующими на рынке продуктами, и теми решениями, которые на самом деле необходимы клиентам. 

- Вам не кажется, что уже слишком много русских инвестбанков, которые занимаются тем же самым? Почему именно к вам должны прийти клиенты?

- Я не смотрю на другие модели, мы строим собственную. Но я не могу пока выделить в России такой инвестбанк такого уровня, куда компания приходит, и в одном месте получает высококачественные услуги по всем направлениям. Это наша цель.

- А мне кажется, таких много…

- Я не знаю. Мы строим свои стандарты, в том числе работы с клиентами. Это реально сложная задача. И все эти темы нужно структурировать также в одном документе – financial plan так называемый. Надо знать не только акции или облигации, но и то, что двигает эти корпорации, и иметь глобальный подход ко всем вопросам.

Перед Кеном стоит непростая задача
Перед Кеном стоит непростая задача

- Сколько человек будет работать в инвестбанке БКС?

- Столько, сколько понадобится для удовлетворения потребностей наших клиентов. Это развивающийся процесс. Оргструктура сейчас включает следующие подразделения – акции, облигации, репо, структурные продукты и ресеч. Активно набираем людей, ключевых игроков на этом рынке, по всем направлениям. И будем набирать до тех пор, пока не почувствуем, что клиентская база выросла до целевого значения, и мы удовлетворяем все их потребности. Сейчас на "деске" работает около 30 человек.

- Где вы берете клиентов? Ваши старые связи или новые сотрудники стараются?

- На рынке. Процесс стандартный. Сейлзы общаются с клиентами. В России клиентов всего пара тысяч, и их много раз обзванивают одни и те же инвестиционные банки. И надо выделяться среди конкурентов своим подходом к обслуживанию клиентов – объяснять ему сложные концепции, разъяснять что-то. Мы обращаем на это огромное внимание, и думаю, что это станет нашим конкурентным преимуществом. 

- Западных клиентов будете привлекать?

- Мы уже работаем с клиентами из многих стран, и будем расширяться в этом направлении.

- Какой у вас бюджет развития?

- Большой. Я серьезно. Есть бюджет, и есть понимание, сколько ресурсов мы потратим на расширение операций, как мы их отработаем, и какие финальные результаты получим. Такой комплексный подход, который практикуется в больших корпорациях. 

- Когда должна быть пройдена точка безубыточности инвестбанка БКС как отдельной модели?

- В БКС уже существовали определенные подразделения, когда я приехал. Они не были в одной структуре, но они зарабатывали. Поэтому эту точку мы уже прошли. 

- Какая у вас тогда задача?

- Увеличить доходы, построить формальную структуру, чтобы люди воспринимали инвестиционный банк БКС как организацию, которая ассоциируется с нашей миссией. Доходность, сама цифра PNL, настолько зависит от разных факторов, что мы не считаем ее приоритетной. Мы хотим построить компанию с солидной клиентской базой и пониманием этого рынка, а доходность придет сама по себе.  

- То есть, в вашей модели нет прогнозов по чистой прибыли, рентабельности?     

 - Есть. Но я не могу их назвать. Думаю, что мы заработаем столько, сколько позволит ситуация на рынке, и будем максимально использовать весь потенциал, который есть в БКС, и максимально удовлетворять потребности клиентов.

- Акционер БКС тратит много денег на построение нового бизнеса, что он получит взамен?

- Мы действительно тратим много денег на людей, на инфраструктуру, есть какие-то расходы и риски. И мы смотрим, стоят ли эти расходы этих рисков, и стоят ли они того, чтобы тратить на это деньги, и сколько мы на этом заработаем. Мы будем позиционироваться как российский инвестиционный банк с западным подходом к бизнесу, собираемся быть по финансовым показателям на приличных местах в этих рейтингах. Например, по показателю заработка среднего сотрудника. В итоге, я думаю, что БКС будет интересной организацией для всех инвесторов – и для клиентов, и для стратегических партнеров, которые могут посмотреть на БКС с точки зрения инвестиций.

- Каких стратегических партнеров?

- Разных. Всех, кто будет интересоваться БКС.

- До кризиса у «Тройки Диалог» и «Ренессанс Капитала» была рентабельность на капитал 50%. Достигнете таких показателей?

- Мы сейчас живем в других условиях. Рентабельность и доходы, которые получали компании в России до кризиса, будет сложно реплицировать.

- А какого размера вы хотите быть?

- Я никогда на это не обращаю внимания. У нас нет такого капитала, как, например, у «ВТБ Капитала» или Сбербанка. И, исходя из этого, я бы с ними не сравнивался по доле рынка. Но мы можем с ними сравниваться  по качеству обслуживания клиентов, темпу роста доходной части и чистой прибыли. И если по этим параметрам мы будем лидировать, я буду доволен.  

- У БКС капитал тоже не маленький - $1 млрд. Вам хватает?

- На текущие операции пока хватает. Но сейчас мы выходим на такую клиентскую базу, что может понадобиться больший капитал. 

- Сколько времени вы отводите на строительство инвестбанка?

- Думаю, что 75% пути мы уже прошли. Осталось достроить эту машину, которая потом уже будет приносить результаты.

- Что вы уже сделали с момента своего прихода в сентябре?

- Раньше БКС воспринимали как брокера для частных инвесторов. А теперь мы начали позиционировать компанию как инвестбанк для институциональных клиентов, юридических лиц. С ориентиром на компании второго и третьего эшелона. Мы начинаем активно торговать акциями, набрали новый деск – сейлзов и трейдеров, всего 10 человек. В приоритете развитие структурных продуктов, которые широко распространены на Западе, а в России еще мало используются. Наибольшую перспективу, на мой взгляд, имеют продукты, которые предоставляют хедж по портфелю бондов, или продукты, позволяющие зарабатывать на росте инфляции. Также есть идея торговать ETF-фондами как акциями, чтобы они были доступны всем.

- Корпоративные финансы будут?

- Часть функционала корпфина уже есть в БКС. И сейчас мы будем это формализовать в отдельную структуру.

- И IPO будете делать? Сможете?

- Да, если это нужно будет клиентам. Мы можем это делать. За это направление работы отвечаю лично я. 

- А насколько у вас контракт с БКС?

- Даты в контракте нет. У нас есть видение на три года, и есть договоренности на три года, что мы строим инвестиционный банк. Если все пойдет хорошо, то эти три года могут превратиться в больший срок. 

- В год может превратиться?

- Я не вижу таких предпосылок. Когда начинаешь работать в новой организации, всегда есть знаки вопроса, но мы этот этап уже прошли.

- Вы общаетесь с коллегами по цеху из других компаний?

- Да, мне такое общение очень интересно, и я стараюсь использовать каждый шанс с точки зрения времени, потому что я очень занят, чтобы понять, как инвестбанкиры смотрят на этот рынок, узнать их подходы. Мы все обслуживаем одну идею – инвестирование в Россию, это касается и привлечение инвесторов из-за границы, и обслуживание денежной массы, которая циркулирует внутри страны. Наша задача создать систему, которая понятна всем – когда люди знают свои доходность и риск. И если все примут четкие общие правила игры, нам всем будет удобнее и выгоднее присутствовать на этом рынке.  

- Как вам вообще живется в Москве?

- Интересный город, очень похож на Нью-Йорк с точки зрения динамики – много деловых и культурных мероприятий, всегда есть чем заняться. К сожалению, у меня не очень много свободного времени. Но я стараюсь сочетать приятное с полезными, и свою профессиональную работу использую как возможность социализации – общения с людьми. Хожу на профессиональные мероприятия.

- В выходные удается отдыхать?

- Да. Занимаюсь спортом – хожу в gym, играю в футбол, общаюсь с друзьями. Стараюсь посещать культурные мероприятия, недавно был на одной из выставок современного искусства.

- А кем вы себя считаете? Американцем или грузином?

- Я грузин, родился и вырос в Тбилиси, но карьеру построил в Нью-Йорке. Как профессионал я из Нью-Йорка. У меня есть друзья, как из Грузии, так и из США.

- Были ли у вас какие-то неприятные открытия после переезда в Москву?

- С точки зрения бытовых вопросов я был готов к некоторым неудобствам. В Нью-Йорке все проще, все в шаговой доступности в рамках квартала. Здесь много времени уходит на то, чтобы доехать куда-то – на шопинг, продукты купить, в спортзал, а потом еще и запарковаться нужно.

- А пробки? 

- Живу рядом с офисом. Я эффективный человек и не люблю просто так тратить время. 

Мы на facebook

2018 © Finparty
Использование материалов Finparty.ru разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
ООО «Информационное агентство Банки.ру».
Карта сайта
Карта тегов
Дизайн — «Липка и друзья», 2015