29.08.2011 01:21   6883    1

Алексей Голубых и Алексей Голубых: «Мы бы хотели поработать вместе»

Пока отец и сын еще не работали вместе
Пока отец и сын еще не работали вместе

Директор департамента private banking «Тройки Диалог», и его сын, трейдер по акциям ING, рассказывают, как они создали одну из первых династий на российском фондовом рынке.

Алексей Голубых (Ст.) начал работать трейдером в 35 лет, но довольно быстро переквалифицировался в сейлзы - сначала он продавал акции на институциональном «деске» «Тройки Диалог», а затем переключился на частных состоятельных клиентов. Сын - Леша Голубых (Мл.) - пошел по его стопам. Трейдером он стал в 23, а теперь управляет собственной позицией банка ING. И вместе они задумываются о содании семейного инвестфонда. Обо всем этом Алексеи Голубых рассказывают в интервью Finparty.

Леша Голубых и Алексей Голубых
Леша Голубых и Алексей Голубых

- Алексей, расскажите, во сколько лет Леша узнал о том, что такое фондовый рынок?

Мл: - Давно, в классе десятом, наверное.

Ст: - Нет, ты стал инвестором в 14 лет, в 1997 году. Произошло это следующим образом. Я после прихода в «Тройку» решил открыть счет на Лешу, ему как раз исполнилось 14 лет, и уже можно было это делать. Держал там и свои деньги, разделяя его и мои инвестиции в таблице Excel. Его первая инвестиция была $1000 в акции «Сургутнефтегаза».

Мл: - Да, это я хорошо помню.

Ст: - Для него было тогда совершенно непонятно, зачем я куда-то дел эту $1000. А я сказал - это твой стартовый капитал. За год или даже меньше тысяча выросла в три раза. Когда я ему об этом рассказал, у него глаза открылись. Сказал, что он тоже так хочет. Я говорю - ну ладно, давай еще. Постепенно добавлял к счету. Потом к десятому классу он уже начал что-то понимать, и начал принимать некоторые решения самостоятельно. До 18-ти лет я управлял его счетом, а потом мы его разделили, и Леша начал сам управлять суммой, которая тогда уже достигла приличных размеров.

- А самостоятельное первое решение когда было?

Мл: - В 21, наверное, я не помню...

Ст: - Come on! Какой 21.. Он в 17 лет уже сел за руль и ездил год без прав. Это о чем-то же говорит. Это было гораздо раньше, еще до того, как разделили счета. Лет в 17, наверное. Когда сел без прав за руль, тогда и начал качать права.

Леша познакомился с трейдерским лексиконом еще в детстве
Леша познакомился с трейдерским лексиконом еще в детстве

- Леша, а как ты объяснял в школе, чем папа занимается?

Ст: - Да, мою работу трудно было ребенку объяснить. Говорил ему - хожу на работу, покупаю и продаю.

Мл: - Мне всегда была интересна его работа, и одноклассники спрашивали. Я отвечал, что торгует акциями. Тогда был анекдот: ребенок спрашивал у папы - а чем ты занимаешься? Папа отвечал - возьми в холодильнике сало, и принеси сюда, а теперь отнеси обратно. И что? - спрашивал сын. Отец: ну смотри, сало как было в холодильнике, так и есть, а пальчики-то жирные.

Ст: - Это, собственно, и есть суть брокерского бизнеса.

Мл: - Никто особо тогда не понимал, что происходит. РТС появилась в 1995 году, но активная торговля там началась гораздо позже.

Ст: - Пик был в 1997 году, когда обороты достигли $200 млн в день. Тогда это была большая сумма. Леш, а когда вот ты захотел сам этим заниматься? Потому что у тебя был период, когда ты был далек совсем от рынка?

Мл: - Да, я учился тогда в Америке на международных отношениях...

Ст: - Папа тут пахал, а он учился на международных отношениях.

Мл: - Хотелось заниматься дипломатией, в МИДе работать...

Ст: - Ага, еще и космонатом быть, наверное.

Мл: - Нет, мне хотелось работать на государство, я считал, что это правильно. Такие у меня были иллюзии в Америке. Но когда я вернулся сюда, понял, что никому я тут не нужен и нужно делать что-то другое. И я начал работать в страховании - в Росгосстрахе занимался аналитикой. Проработал там полгода. Потом попал в банк «Петрокоммерц». Там было много интересной работы.

- А чем ты там занимался?

Мл: - Работал младшим трейдером. Занимался всем. Даже бонды на $100 млн размещал.

Ст: - Которые потом дефолтнули (смеется). На самом деле разместил-то нормально, просто компания оказалась не очень.

Мл: - Да, это была компания Болотина (Михаила, «Тракторные заводы» - ред.).

- Случайно попал в «Петрокоммерц»?

Мл: - Была вакансия, я сходил, пообщался и меня взяли.

Ст: - Меня на рынке многие знают, и я многих знаю. Это была рекомендация Павла Дубовца, который у нас сейлзом на деске работает. Это был его клиент. Он спросил у меня - чем Леша занимается. Я говорю - ну вот в Росгосстрахе, но ему там не очень нравится, хочет на рынке работать.

- А вы не хотели, чтобы он в «Тройку» пришел?

Ст:  - Он был у нас на стажировке после десятого класса. Но я не хотел, чтобы он был слишком близко. Потому что в этом случае неизбежно и влияние, и тень. Я хотел, чтобы он попробовал подобное, но отдельно.

Мл: - Для начала в «Петрокоммерце» было очень неплохо. Я работал там с Сашей Черваковым и Русланом Тонгиевым.

Ст: - Да, это хорошие ребята и трейдеры. Они плохому не научили бы. В нашем бизнесе очень важно не приобрести дурных замашек. И они знали меня 100 лет. Старт был правильным, но было понятно, что нельзя там долго засиживаться.

Мл: - В итоге год и месяц там проработал.

Ст: - После этого перешел уже в Merrill Lynch.

На
На "деске" "Тройки" Алексей долгое время работал, а Леша проходил стажировку

- Леша, а туда как ты попал?

Мл: - Уже сам, через хантера. Мой товарищ работал в Morgan Stanley, ему позвонили за рекомендациями, и он предложил мою кандидатуру. Стал сразу трейдером по акциям. Школа была жесточайшая. Меня сразу же оставили одного - менеджер уехал в отпуск. И были моменты, что я был готов просто встать и уйти.

Ст: - Это было как котят учат плавать. Выплывешь - не выплывешь.

Мл: - Да, было тяжело. Это был конец 2007 года, накачивалась последняя фаза пузыря, и были огромные объемы, встречные потоки. Сейчас многие клиенты торгуют сами через электронный доступ. А тогда многое шло через брокеров - через Merrill торговали все самые большие в мире. И Merrill тогда был очень крупным брокером по EMEA и в России.

- Алексей, а вы советовали сыну что-то из своего трейдерского опыта?

Ст: - Только общие вещи. Мы не обсуждали конкретные вопросы. Советовал быть аккуратным и осторожным, и, естественно, переживал. Особенно, когда он рассказывал, что ему одному приходится принимать решения и делать сделки.

- Леш, а какой был самый ценный совет тогда от отца?

Мл: - Сиди и терпи, наверное.

Ст: - Да, я сказал, что это испытание. Мой посыл был такой - тебе повезло, потому что ты в хорошем банке. Но тебе не повезло, что тебя сразу так бросили. Но это та школа, которую трудно переоценить. Так и рождаются настоящие трейдеры. Если ты не провалишься, то тебя уже ничего не испугает. И заодно поймешь - подходит ли тебя эта работа.

Советы отца пригодились Леше, когда он попал в Merrill Lynch
Советы отца пригодились Леше, когда он попал в Merrill Lynch

- Вы в то время еще на деске работали?

Ст: - Да, но уже думал, куда бы мне переместиться. Был рад, что у меня в семье появилась смена, на кого можно будет положиться в будущем. И что, может быть, дальше он меня будет кормить, а не я его.

- И как? Мечты сбылись?

Ст: - Пока нет, конечно. А потом у меня открылось второе дыхание, и я решил заняться частными клиентами. Но на самом деле я всегда ими занимался, частных клиентов у меня всегда было больше, чем институциональных. Трейдером же я был очень недолго, сразу понял, что это не мое.

- Почему?

Ст: - Я начинал гораздо старше Леши, мне было уже 35. И стартовать трейдером в этом возрасте уже не очень правильно. Это же совершенно собачья работа. И для трейдера я слишком много думаю. Мне говорили - что ты думаешь, это не шахматы, купил-продал и пошел дальше. Для меня это было дико. Плюс была другая эпоха - середина 90-х, совершенно другой мир. Я поторговал акциями, облигациями. Облигации мне совсем не понравились - математика сплошная. Я люблю складывать и делить, а считать проценты и доходность - текущую и к погашению - было муторно. Это сейчас все в Bloomberg по тикету видно, а тогда чуть ли не с логарифмической линейкой все это вычисляли. Было не интересно. А с людьми я работал всегда, поэтому пошел в сейлзы. Правда еще в 1999-2000 году попробовал инвестбэнкинг, тогда, так же как и в этот кризис, брокерский бизнес просто умер. Но понял, что IB тоже не для меня. Вернулся в сейлз, и тогда начал создавать частную клиентскую базу. Многие клиенты со мной еще с того времени, вместе мы заработали большие деньги.

- Леш, а ты в ING в сейлзы переквалифицироваться не собираешься?

Мл: - Я всегда был трейдером. Но у нас маленький коллектив, и я делаю какие-то элементы сейлзовой работы. Стараюсь покрывать локальных клиентов. Сейлз-трейдинг такой.

Ст: - Я считаю, что это сейчас вообще самая лучшая ниша в этом бизнесе. Сейлз-трейдинг и управление деньгами, когда ты видишь результаты своей деятельности.

- А почему ты из Merrill Lynch ушел?

Мл: - Я работал там 2,5 года, за это время было много изменений. Merrill Lynch обанкротился, его поглотил Bank of America. Это был тяжелый удар. В 2009 году много кого порезали - пришла разнарядка из США. Уволили до 20% людей, а многие дески просто закрыли. В Лондоне можно было идти по бондовому деску и кричать - ау, люди, где вы. Тогда пришли новые менеджеры, которые решили снова развивать Россию, был сделан акцент на акции, но всю прежнюю команду поменяли. Где-то полгода я ходил по собеседованиям. В некоторые дни у меня было по 12 интервью в день, по 12 раз приходилось рассказывать о себе одно и то же. Это было хуже, чем даже на работе в то первое время. В итоге в июне 2010 года я пришел в ING.

- Нравится?

Мл: - Да, и вроде все получается. Начальство довольно.

Ст: - Я говорю, что ему нужно идти управлять деньгами. У него это хорошо получается.

Мл: - В общем, prop (управление собственной позицией банка - ред.) сейчас основная моя деятельность. Мне это нравится.

Ст: - Я считаю, что каждый человек должен делать то, что ему удается лучше всего. Леш, а у тебя это получается лучше других. У тебя явно есть для этого склонности и способности, нужно это не потерять. Вот мой совет сейчас ему.

Мл: - Спасибо.

Оба Алексея активно занимаются спортом
Оба Алексея активно занимаются спортом

- Алексей, как вы думаете, почему у Леши так все хорошо получается? Может, это гены?

Ст: - Хороший вопрос. Недавно задумывался об этом. Наверное, да. Мои дед и прадед были крупными купцами. И Леша, когда еще не знал о фондовом рынке, уже успешно торговал роликовыми коньками, досками, сноубордами. В 13-14 лет покупал, продавал, и умудрялся на этом зарабатывать. Я был в шоке, честно говоря. Потом в 17 лет была история, когда он забрал у матери старую Ниву, на которой они оба учились ездить, и продал ее. На эти деньги купил себе скутер, покатался, снова продал, и положил деньги на счет. В 20 лет он вернулся из США и со своего счета уже купил квартиру. Я, конечно, был соинвестором, но вложил всего треть суммы, наверное. Потом Леша уже во время кризиса довел этот счет до уровня, на котором он был до покупки квартиры. Молодец! Я если кому-то и буду потом отдавать свои деньги в управление, то только ему.

Мл: - Сейчас я, естественно, ничем не управляю.

- Вы хотели бы вместе когда-нибудь поработать?

Ст: - Может быть скоро и придет время. Вообще в бизнесе private banking часто так бывает. Я вот смотрю, как это делают пожилые банкиры в западных странах. Они своих младших, которых готовят в будущем на свое место, гоняют по всем странам и хорошим банкам, чтобы они набирались опыта, а потом вводят в состав правлений, и постепенно увеличивают возлагаемую ответственность.

- Да, вам можно сделать семейный бизнес. Клиенты есть, опыт тоже.

Мл: - Будем думать. У меня есть желание управлять. Синергия может быть большая. Сделаем фонд Голубых (смеются).

- А вас часто путают? Работаете-то в одной сфере.

Мл: - Постоянно все на рынке путают. В Linked-in добавляют, в Facebook.

Cт: - Меня тоже незнакомые люди добавляют постоянно - в Linked-in, Bloomberg. Игнорирую, конечно. И случаи смешные были. На конференции анонсирован Алексей Голубых. Клиенты приходят, ищут меня. А им представляют Лешу Голубых. Немая сцена.

Мл: - Я говорю обычно: "я - Алексей Алексеевич, очень приятно! Можем с вами работать".

Ст: - У нас все-таки немного разная клиентская база, и пока в бизнесе мы не пересекались.

Знакомые отца и сына часто их путают
Знакомые отца и сына часто их путают

- Алексей, а вы как УК «Тройка Диалог» с ING сейчас дела имеете?

Ст: - Работаем.

Мл: - У нас есть линии, но я общаюсь больше с трейдерами институционального деска.

- Алексей, не могу не спросить. Почему вы решили назвать сына тоже Алексеем?

Ст: - О, это самый сложный вопрос.

Мл: - Расскажи, кстати, я не знаю.

Ст: - Это наша мама так его назвала. Я бы не додумался, если честно. Это было бы слишком самонадеянно, слишком нужно себя любить. У нас был очень романтичный период, мы очень любили друг друга. Я бы дочку, наверное, тоже назвал ее именем. В моей семье раньше называли сыновей в честь дедов, прадедов, но не в честь отцов. Но на самом деле я думаю, что это скорее эмоциональное решение.

В отсутствие Алексея Голубых его
В отсутствие Алексея Голубых его "двойник" не дает о нем скучать подчиненным...

...и семье
...и семье

 

Мы на facebook

2018 © Finparty
Использование материалов Finparty.ru разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
ООО «Информационное агентство Банки.ру».
Карта сайта
Карта тегов
Дизайн — «Липка и друзья», 2015