Екатерина Чиркова: «Лояльность к «Открытию» в пандемию возросла»

О влиянии пандемии на крупный бизнес, господдержке, жизни в изоляции и критериях порядочности банкира мы поговорили с директором департамента по работе с корпоративными клиентами банка «Открытие» Екатериной Чирковой. 

— Как вы оцениваете состояние крупного бизнеса в России? Какие отрасли оказались в плюсе, а какие сильно пострадали от коронавирусного кризиса? 

— Я бы говорила, что наложились, по сути, два кризиса. Первый — экономический. Из-за него сильно пострадали экспортные отрасли, в частности нефтегазовый сектор — упал внешний спрос, а следом за ним цены и объемы добычи. Второй кризис — ковидный. Тут ощутимые потери понесли предприятия, производящие товары длительного спроса, например автомобили и мебель. Из-за временного ограничения торговли и перемещений спрос, конечно, обвалился. Пострадали гостиницы, ТРЦ, офисные центры — у них тоже резко снизилась выручка. Зато в сегментах, спрос в которых неэластичен, например в производстве продуктов питания, ухудшений не произошло. Более того, прибыли таких компаний, равно как и производителей медицинских товаров, ввиду специфики кризиса даже выросли.  

В настоящий момент спрос достаточно быстро восстанавливается. Причем его существенная часть — это отложенные потребности. Поэтому моментная динамика позитивная, в длительной же перспективе все будет зависеть от скорости восстановления доходов населения и развития экономики. 

— Что будет с кредитованием крупного бизнеса в этом году? Повысился ли спрос на займы в результате пандемии?  

— Да, мы отметили очевидный рост запросов на кредиты. Если говорить о динамике, в марте объем займов в стране, в том числе финансовым институтам, увеличился на 1,2 триллиона рублей, в апреле — еще на 600 миллиардов. Из-за резкого снижения выручки и непонимания того, что будет дальше, крупные компании были готовы занимать, причем основным критерием выступала не столько процентная ставка, сколько оперативность предоставления денег. В итоге за два месяца прирост объема кредитного портфеля в России с устраненной валютной переоценкой составил 4% — это очень много для такого срока. Сейчас спрос заметно успокоился, и по итогам года мы, наверное, увидим прирост в 6—7%. Хотя и это немало. 

В целом на данный момент ситуация более-менее нормализуется. Вопрос процентных ставок и ковенантных условий выходит у клиентов на первый план, крупнейшие компании снова начинают обсуждать финансирование своих инвестпрограмм. Параллельно расширяются государственные программы поддержки бизнеса и инвестиционной деятельности в частности. Экономика понемногу оживает. 

— Есть ли прогнозы, когда экономика в полной мере запустится? 

— Все сильно зависит от того, будет ли вторая волна кризиса. Если сейчас стабилизируется бизнес, деловая активность восстановится, вернутся инвестпрограммы, это позволит экономике вернуться к развитию. В случае нового введения ограничений, конечно, все усложнится. На мой взгляд, нельзя исключать возможность второй волны, вероятно, где-то в октябре. 

— Как вы думаете, меры, которые предпринимает государство для поддержки крупного бизнеса, эффективны?

— Правительство точно понимает, что нужно стимулировать спрос, поддерживать экономику, и стремится сделать все от него зависящее. В настоящий момент разрабатывается общенациональный антикризисный план. Мы ожидаем, что его и соответствующие программы господдержки введут в действие в ближайшие пару месяцев. В части крупных корпоративных клиентов там будет фокус и на экспортно ориентированные отрасли, и на большие инвестиционные проекты, и на развитие инфраструктуры, и на цифровизацию, а также на отдельные секторальные меры поддержки. 

Если говорить об эффективности господдержки, то мы видим, что пока работают две основные новые опции для системообразующих предприятий — льготное кредитование и кредитование на возобновление деятельности в рамках постановлений правительства № 582 и № 696.

Традиционные «работающие» меры для банка «Открытие» — это поддержка экспортеров, в том числе реализующих так называемые КППК (корпоративные программы повышения конкурентоспособности), субсидирование проектов жилищного строительства и льготное кредитование компаний агропромышленного комплекса. 

— Только вот с доступностью господдержки есть проблемы — получить ее очень сложно. 

— Это действительно так. Очень сложные требования к объему и содержанию подтверждающей документации, непростые процедуры получения господдержки приводят к недоступности разрабатываемых инструментов для бизнеса. В качестве примера приведу результаты недавнего исследования аналитиков КПМГ «Антикризисные меры — 2020: налоговые аспекты». 62% целевой аудитории не смогло воспользоваться большинством разработанных мер налоговой поддержки (кроме переноса срока предоставления отчетности).  

Способы поправить ситуацию, конечно, есть и активно прорабатываются.

Министерства регулярно общаются с банками в целях контроля использования выделенных лимитов субсидий, получения обратной связи по необходимым доработкам, в большинстве случаев слышат и пытаются пойти навстречу бизнесу и внести необходимые уточнения и упрощения. Что-то получается лучше, что-то хуже, но в целом, можно сказать, направление движения позитивное, заинтересованность в реально работающих мерах очень высока.  

— Какие инструменты господдержки крупного бизнеса необходимы сверх того, что уже объявлено?

— Чего я пока не вижу — так это, например, мер поддержки гостиниц. Их работа в нашей стране практически остановилась с марта, а бизнесу надо не только сохранять объекты размещения и персонал, но еще и обслуживать зачастую существенную кредитную нагрузку. Пока помогают тут только банки: компаниям из данного сегмента отменили процентные платежи и выплаты по погашению основного долга. Но мы все знаем, что сейчас в активной проработке у правительства комплекс мер по поддержке этой отрасли. Понятно, что оценка форм и объемов субсидирования — небыстрая задача. Так что ждем.

— «Открытие» поддерживает своих крупных корпоративных клиентов?

— Банк «Открытие» активно участвует во всех программах господдержки. Мы поддерживаем клиентов — как я уже говорила, им доступны как последние принятые меры, так и действовавшие до коронавируса.  

Кроме того, компаниям из пострадавших отраслей, у которых возникли временные сложности, мы переносим процентные платежи и корректируем графики погашения. Смотрим на конкретную ситуацию и находим взаимоприемлемое решение, но таких кейсов в нашем кредитном портфеле — единицы. 

С рядом клиентов в зависимости от конъюнктуры рынка и ожиданий реализуем хеджирование процентных ставок и товарных цен. В общем, исходим из положения отрасли, состояния бизнеса и совместной оценки нашего общего будущего.

— Как банк собирается сохранять и повышать лояльность крупных клиентов в текущих условиях? 

— В результате всех вышеперечисленных действий лояльность клиентов по отношению к банку, безусловно, возрастает. Мы это видим. Еще два года назад, когда мы фактически начинали создавать корпоративный бизнес, решение начать работать с «Открытием» было для клиентов неоднозначным. Сейчас же мы наблюдаем существенное количество компаний, которые приходят конкретно к нам и очень хотят сотрудничать. Это связано с готовностью банка быть достаточно гибким и быстрым в кастомизации продуктов и услуг под потребности конкретного бизнеса.

Мы работаем комплексно: удовлетворение потребностей компаний плавно перетекает во взаимодействие с бенефициарами и руководителями. В банке очень сильное private-подразделение, которое предлагает как решение ежедневных финансовых вопросов, так и реализацию каких-то отдельных идей и задач, например по покупке недвижимости за рубежом, по обучению детей за границей. Для клиентов мы регулярно проводим интересные мероприятия: мастер-классы, дегустации, встречи. В условиях пандемии все ивенты перешли на дистанционный формат, но мы очень надеемся вернуться к живому общению. Оно, несомненно, приятнее.  

— Как пандемия повлияла на ваш образ жизни? Как вы пережили самоизоляцию, что полезного сделали и что нового узнали?

— Во время пандемии мой полуторагодовалый сын начал разговаривать. В начале изоляции, когда Луку спрашивали, кто есть кто, он показывал на всех домашних, но вопрос «А где мама?» приводил его в замешательство. Понять его можно — я ведь почти все время на работе. Но ничего, за три месяца мы выяснили, что мама — это я. Смешно, конечно. 

А если серьезно, бизнес у нас не останавливался ни на секунду. Возникало ощущение, что я стала работать еще больше. В офисе как было? Пришел утром, поработал до восьми-девяти вечера, потом встал и уехал домой. Все, что не успел, — завтра. В изоляции же стало нормальным, что ты на работе круглосуточно. С восьми утра до десяти вечера, а то и дольше, плотным строем дистанционные встречи и звонки совершенно без перерывов. А помимо традиционной деятельности образовалась необходимость оперативных реакций на разные клиентские ситуации, появился штаб по дистанционной работе, добавилась разработка графиков присутствия на работе, подписания документации, организации разных процессов и так далее. Вроде бы ты дома с детьми и как бы свободен, но при этом все время занят. До сих пор удивляюсь людям, которые нашли время посещать тренинги, лекции и прочие курсы.

— Отличается ли женское поведение на работе от мужского? Как бы вы охарактеризовали различия? 

— Мне кажется, мы разные. Женщина более гибкая, менее конфликтная, она склонна искать компромиссы, делать так, чтобы всем было комфортно. Мужчина более прямолинеен, четок. 

В последние несколько лет стало заметно, что все больше женщин делают хорошую карьеру в банках. Мне кажется, это потому, что зачастую конкуренция и требования клиентов сильно растут. Обычно, чтобы учесть интересы обеих сторон по принципу win-win, требуется изрядная доля гибкости и креативности. Мужчины не всегда готовы моментально перестроиться и пожертвовать своим мнением или убеждением. Что же касается меня, то я в принципе не могу сидеть на месте — моментально становится скучно. Мне надо, чтобы что-то происходило. Правда, не знаю — это особенность женская, мужская или общечеловеческая. 

— Назовите три главных качества женщины-банкира. 

— А вот здесь мне кажется, что пол совершенно не имеет значения. Во-первых, важна порядочность. Пообещал что-то клиенту, взял на себя обязательства — исполни или прямо скажи, что не сможешь. При этом решение, которое ты предлагаешь, всегда должно нести плюсы для договаривающихся сторон.

Во-вторых, необходима открытость и готовность слышать. Клиент зачастую видит ситуацию определенным образом, и ты как специалист должен понять, посоветовать, предложить то, что на самом деле нужно в его конкретном случае. Объяснить, почему следует поступить так, а не иначе. Затормозить, если компания идет не в том направлении, или, наоборот, предложить инструмент, который поможет развитию. Наверное, точнее это можно назвать стратегическим мышлением.

В-третьих, нужна скорость. Мир сегодня вынуждает оперативно реагировать на все: быстро понимать, что надо клиенту, незамедлительно предлагать и реализовывать решения. Как показывает практика, своевременность и скорость очень важны, особенно в корпоративном бизнесе.

Думаю, эти три качества делают любого топ-менеджера финансовой сферы по-настоящему успешным. 

Мы на facebook
Читайте нас в Яндекс Дзен

2020 © Finparty
Использование материалов Finparty.ru разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
ООО «Информационное агентство Банки.ру».
Карта сайта
Карта тегов
Дизайн — «Липка и друзья», 2015