09.10.2013 11:04   12700   

Наталия Клишева: чему поучиться в Кремниевой долине

Чему могут научиться российские венчурные инвесторы у американских коллег? И стоит ли тратить время и деньги на поездку в легендарную Кремниевую долину? Личным опытом делится Наталия Клишева из фонда Softline Venture Partners.

Я работаю в Softline Venture Partners уже несколько лет и достаточно хорошо представляю себе российский рынок стартапов. Коллеги из других фондов, бизнес-ангелы и начинающие технологические предприниматели обычно равняются на Кремниевую долину, поскольку все самые громкие истории успеха на мировом венчурном рынке (Apple, Oracle и так далее) зарождались как раз там. Шанс посмотреть, как создаются в США инновационные проекты, представился мне в сентябре благодаря Российской венчурной компании и Moscow Seed Fund. При их поддержке группа венчурных инвесторов и бизнес-ангелов из России отправилась в Кремниевую долину на своеобразное «повышение квалификации». Это была отличная возможность познакомиться с американскими коллегами и своими глазами увидеть колыбель высокотехнологичного бизнеса и людей, которые ее населяют.

О Сан-Франциско, куда мы добрались из Лос-Анджелеса на автомобиле, я знала немного – что это самый дорогой город США, что там находится знаменитый вантовый мост через пролив Золотые Ворота и что оттуда рукой подать до Кремниевой долины. Но оказалось, что он и сам по себе – можно сказать, ворота в колыбель высокотехнологичного предпринимательства. Чрезвычайно многонациональный город: здесь живут русские, китайцы, индусы. Все едут сюда, чтобы подготовиться к штурму Кремниевой долины, создать собственную компанию и в один прекрасный день проснуться богатыми людьми. В Долину можно (и лучше) ехать на машине по шоссе, к которому справа и слева лепятся маленькие городки – Пало-Альто, Купертино, Саннивейл, Санта-Клара и другие.
Путь в Сан-Франциско
Путь в Сан-Франциско
От коллег я слышала, что Долина не похожа ни на один другой регион в США. И это на самом деле так. Местные жители ведут себя скромно, хотя многие из них – очень умные и богатые люди. В отличие от Лос-Анджелеса и тем более Москвы здесь никто не пускает вам пыль в глаза. Вот парень, увлеченно рассказывающий собеседнику про свой проект, одет в футболку за $2 и джинсы за $10. При этом он вполне может оказаться успешным технологическим предпринимателем, иметь к своим тридцати годам состояние в миллионы долларов и ездить на одном из тех роскошных электрических спорткаров Tesla, которых в Долине в пересчете на число жителей едва ли не больше, чем в Москве «мерседесов».

Где в Долине искать деньги

Как в любом культовом месте, в Долине есть свои легендарные заведения. В частности, это бары, в которых тусуются инвесторы. О них рассказывал мне русский сотрудник одного из стартапов, получивших деньги от группы инвесторов во главе с фондом Sequoia Capital. 
Но и помимо баров в Кремниевой долине есть множество других способов приблизиться к «посевным» или «ангельским» ресурсам. Так, мы побывали в гостях в нескольких бизнес-инкубаторах и акселераторах, в том числе в самом известном под названием 500 startups.

Представьте себе огромный офис с отличным видом из окон, кухней с холодильниками, всегда набитыми едой и напитками, зоной отдыха с кушетками, на которых можно вздремнуть во время авралов, и с огромным количеством единомышленников вокруг. Тут и там расставлены флипчарты, на маркерных досках нарисованы планы развития проектов и вероятные бизнес-модели, здесь же висят распечатанные прототипы интерфейсов приложений и веб-сервисов, под которыми любой желающий может оставить комментарии. Атмосфера сама настраивает думать, общаться и вообще работать легко. Конечно, российским бизнес-акселераторам пока до такого уровня далековато.
В Softline Venture Partners я занимаюсь операционной деятельностью фонда, поэтому сразу обратила внимание на то, как рационально здесь организована работа со стартапами. 500 starups – это не только акселератор, но еще и фонд. Поэтому особо удачливые команды, успевшие за короткое время «акселерации» довести свои проекты до ума, получают финансирование, что называется, не отходя от кассы – но уже от фонда. Средний чек при этом очень скромный – от $10 000 до $50 000. Проекты отбираются коллегиально специальной комиссией. Каждый стартап получает резолюцию минимум от трех экспертов, а затем проходят очные встречи с командами. Один из экспертов, с которым мне удалось поговорить, признался, что его интерес к участию в отборе чисто прагматический: так он первым видит лучшие проекты на рынке и имеет возможность быстрее других инвесторов поместить их в пайплайн своего фонда либо вложить в них личные деньги.
Вообще у обитателей Кремниевой долины создание новых сущностей – это целая религия. Чтобы сделать продукт мечты, они используют любые возможности – вкладывают личные сбережения, продают машину или переезжают в квартиру попроще, собирают деньги по родственникам и знакомым. И только когда все прочие ресурсы исчерпаны либо если требуется экспертиза гуру или инвестиции более высокого порядка, идут искать внешнее финансирование. Такой бережливый подход в России пока редкость. У нас принято рисковать чужими деньгами. Это не хорошо и не плохо – просто так сложилось.

Что говорится в неписаных правилах

Здоровый прагматизм – отличительная черта представителей всей американской стартап-экосистемы. Он проявляется во всем, даже в подходе к общению. «Это Долина, ребята. Здесь все себя продают. Учитесь себя продавать в туалете у писсуара – рядом может стоять инвестор. Такой опыт пригодится вам в жизни», – сказал нам один из бывалых инвесторов с несколькими собственными удачными стартапами за плечами.

В пользу практичности людей Долины говорит и возросшая популярность синдицированных сделок: таких в США уже примерно 70%. Для России, где фонды ревностно «окучивают» подшефные проекты и не подпускают к ним других участников рынка, это просто неслыханно. Согласитесь, американский подход более рационален. Ведь соинвестирование – это всегда разделение рисков. К тому же, в проект привносится больше компетенций, помогающих его развитию и выходу на следующую стадию.

Также в Долине считается хорошим тоном, если инвестор, вошедший в проект на «посевной» стадии, затем помогает найти либо деньги, либо инвестиционного партнера на следующие этапы – вплоть до вывода компании на IPO или M&A. Ведь зачастую у самих стартапов просто не хватает ресурсов для последующего рывка – например, перехода от совсем маленького бизнеса к среднему. Но при этом здесь не принято спасать проекты, идущие ко дну. Если у какого-то фонда много таких проектов, значит его команда плохо работает. Лучше докупить долю в проекте-победителе, чем помогать утопающим.

Кроме того, в Долине соблюдается негласный кодекс поведения. Во-первых, люди всегда, при любых обстоятельствах, смотрят в глаза собеседнику. Во-вторых, и мужчины и женщины при знакомстве обязательно здороваются за руку. В-третьих, они берегут чужое время и стараются говорить кратко и по делу – у богатых людей каждая минута в буквальном смысле стоит дорого. В России стартапы вроде бы и знают о существовании этого правила, но не особо его соблюдают. В-четвертых, венчурные инвесторы всегда очень сдержаны и никогда не позволяют себе колкости вроде «Ваш проект – полная фигня!»

Стэнфордский университет считается сердцем Кремниевой долины. Несмотря на академичность этого вуза, он тоже насквозь пропитан «долиновским» духом. И там приняты те же самые правила игры. Мы были на приеме в университете, и к нам постоянно подходили юристы, аудиторы и другие люди, которые прослышали о визите якобы «денежных мешков» из России и охотно предлагали свои услуги. Подходили даже стартаперы, которые произносили эффектные питчи прямо у фуршетных столиков.
Как авторитеты делятся личным опытом

Яркое впечатление произвел импровизированный тренинг, во время которого мы получили представление о том, как правильно произносится питч. Так называется речь, которая должна вдохновить инвестора дать вам денег. Мастер-класс провел один из стартаперов Долины. Сам он выступил на одном дыхании, «качал» зал как рок-звезда. Его уровень ощущался с первой секунды. Затем свой питч произнес каждый участник поездки.

Мое выступление было посвящено фонду. Я решила «продать» Softline Venture Partners как партнера для иностранных инвесторов и «точку входа» на российский рынок технологических стартапов. Меня слушал Дон Никсон – звезда в мире инвестиций в IT-компании. Достаточно сказать, что именно он участвовал в сделке по продаже Pixar Стиву Джобсу в середине 1980-х. Давление авторитета «экзаменатора» было настолько велико, что во время питча и еще некоторое время после у меня тряслись руки. Хотя, как говорится, ничто не предвещало.
Дон Никсон
Дон Никсон
Также перед нами выступал Билл Дрейпер – один из первых венчурных инвесторов в мире. Несмотря на свои заслуги и почтенный возраст, он держался с нами на равных. Никакого снисходительного тона или пренебрежения. Почти полвека назад в 22 года Дрейпер дал денег парню, который придумал дефибрилятор. Это устройство изменило мир и спасло миллионы человеческих жизней. Впрочем, были у Дрейпера и провалы. Об одном из них он рассказал с изрядной долей самоиронии.

В начале 2000-х он купил долю в маленьком стартапе, но пузырь доткомов лопнул и вся отрасль покатилась под откос. Дрейпер смалодушничал и вышел из этого проекта, который уже через несколько лет превратился в Zappos.com – крупнейшего обувного интернет-ритейлера. Для Билла это стало хорошим уроком: венчурные инвестиции не нужно делать с оглядкой на макроэкономические показатели. Рынок в долгосрочной перспективе все равно имеет тенденцию к росту, а вы, поддавшись краткосрочным веяниям, рискуете потерять долю в крутой компании и будете обречены до конца жизни кусать себе локти. 
Билл Дрейпер
Билл Дрейпер
Почему Долину трудно воссоздать в России

Долина – действительно удивительное место. Я слышала вполне разумные размышления коренных обитателей о ее исключительности. Во-первых, здесь особенный менталитет и взгляд на жизнь, который, кажется, даже у местных бомжей правильный, «долиновский». Во-вторых, здесь правильный климат. Тут тепло, но не жарко, иначе людям все время хотелось бы на пляж, а не в офис – создавать компании. Тут есть хороший (возможно, лучший) вуз и правильная экосистема, которую помогло построить государство. Удачливые инвесторы немного снобистски заявляют, что другого такого места нет нигде в мире, и строить свою «Долину» в другой стране бессмысленно – ничего не выйдет. Уж очень много тонкостей тут соединились в неповторимый коктейль. Впрочем, об опыте Израиля здесь отзываются хорошо. Но там не стали делать простой клон, а пошли своим путем.

«Не бойтесь проигрывать. Часть смысла игры – именно в проигрыше». Эта потрясающая фраза была сказана в отношении как стартапов в целом, так и людей, которые в них работают. Здесь очень горячий рынок труда и чрезвычайно легкое отношение к поступлению на работу и увольнению. Люди Долины смотрят на такие вещи просто: ты нужен – тебя наняли, отпала надобность в твоих услугах – с тобой расстались. Трагедии из увольнения никто не делает. Возможно, именно поэтому в долине образовался «кадровый суп», из которого к себе в стартап можно выудить грамотного инженера или умного маркетолога.

По сути, именно люди – главное богатство Кремниевой долины. Здесь всегда есть, где встретиться предпринимателям, потусоваться, узнать что-то новое, есть от кого услышать первые идеи и у кого поучиться. А иначе и быть не может там, где ты запросто можешь встретить главу одной великой компании и сделать его фото на iPhone.
Тим Кук
Тим Кук
Мы на facebook

2018 © Finparty
Использование материалов Finparty.ru разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
ООО «Информационное агентство Банки.ру».
Карта сайта
Карта тегов
Дизайн — «Липка и друзья», 2015